Истинная про запас

— И как это сделать?

— А кабинет обычно закрыт?

— Да.

— Выманить альфу, подгадать, чтобы Луны не было в доме, а затем попробовать вскрыть дверь.

— И каким образом?

— Будешь тренироваться на наших замках. Купим тебе отмычки.

— Я что, взломщик?! — вскрикнул Рихард.

— Нет, ты малолетний пацан, у которого есть поддельные документы личности.

— Ладно, — спустя некоторое время недовольно протянул Рихард.

— Что это за история с документами? — Дора заинтересованно посмотрела на парня, а тот покраснел под ее подозрительным взглядом.

— Да так, — промямлил он и виновато взглянул на нее.

Похоже, ему было искренне стыдно за прошлое, а это хороший показатель. Значит, совесть у него еще есть.

— Потом тебе как-нибудь расскажем, Дора, — отмахнулась я и спасла парня.

Женщина усмехнулась.

— Ну так что, Рихард?

— Куда я денусь? Помогу. Только что я там буду искать?

— Мой договор. Хочу узнать, кто именно продал меня чёрным собирателям.

Рихард просверлил меня подозрительным взглядом.

— Ты думаешь, что это не Марк, а Луна?

Я кивнула.

— Я постараюсь.

— Отлично, — я довольно улыбнулась.

— Ладно, раз вы решили свои дела, тогда давайте приступим к тренировкам, — Дора встала, прошла к кухонному гарнитуру, открыла шуфлядку и достала оттуда маленький стеклянный бутылек и пластинку таблеток.

— Давай, парень, пей.

Рихард тяжело сглотнул, но выпил всё, что дали. А потом скинул с себя одежду в гостиной, оставив только нижнее белье, и начал оборачиваться в просторной комнате на полу. Дора тем временем опустила жалюзи на панорамных окнах, чтобы у нас не было свидетелей, и включила искусственное освещение.

Мы сели на пол неподалёку от парня. Я поджала колени под себя. Каждый раз, когда я смотрела на оборот Рихарда, вспоминала себя: скрюченную, слабую, жалкую и убогую. Как я пыталась разбудить в себе волчицу и обернуться. Как мне было поначалу сложно признать себя чистокровной оборотницей. Ведь я считала себя человеком с небольшим количеством оборотнических генов. А как я плакала и скулила каждый раз, понимая, чего лишили меня. Вероломно отобрали мою суть и избавились, всучив меня мерзавцу супругу, как замену.

Если бы не тот случай с герцогом, то я бы так и прожила не свою жизнь ничего не зная. А потом, когда моя волчица окончательно умерла бы, я перестала бы интересовать Бранта. Тем более я никогда и не смогла бы родить ему. А он вышвырнул бы меня на улицу, как никчемную и жалкую вещь.

Меня передёрнуло от собственных мыслей.