Истинная про запас

Может, раньше я и повелся бы на этот спектакль и даже почувствовал себя виноватым, вымаливая потом прощение у капризной супруги, но не сейчас…

Многое с тех пор изменилось, и у меня открылись глаза. Моя волчица мне нравилась до тех пор, пока ее амбиции не стали выходить за рамки допустимого. Равнодушие ко мне, как истинному, и членам моей стаи тоже ставило в тупик. Те чувства, что она мне демонстрировала, я тоже научился отличать — наигранность и фальшь от искренности. Вот сейчас она была действительно искренняя в своем гневе, ведь мои слова ее разозлили.

— Почему ты напала на Кристину?

Луна запнулась на полуслове, вытаращившись на меня. Не ожидала равнодушия в моем голосе или не ожидала того, что не буду подыгрывать ей и не поведусь на ее возмущение моим поведением. Ведь именно так я раньше и делал, притворялся, смирялся с ее поведением и отношением. Только вот сейчас кое-что изменилось… И мне очень интересно знать, что об этом знает моя драгоценная супруга.

— Ты спрашивал про детей! Так к чему сейчас ты вспомнил это ничтожество?! — прорычала она и сбросила со стола коллекционную бутылку.

Я проводил ее взглядом и снова отпил янтарную жидкость, лениво переведя взгляд на супругу.

— Хорошо, вернемся к детям, — максимально спокойно ответил я. — Так почему, Луна, у нас, в истинной паре, до сих пор нет детей? — медленно спросил я.

— Я… Я не только пила капли, но еще и поставила спираль.

Удивленно приподняв бровь, я рассмеялся. Такой откровенной лжи я не ожидал.

— Я регулярно интересуюсь твоим здоровьем у врача, так что это исключено.

И, кстати, потрудись ответить, к чему такая откровенная ложь?

— Ты невыносим! Я не буду отчитываться перед тобой! — Луна выпрямилась и смерила меня снисходительным взглядом, ровно таким же каким она награждала каждого обратившегося к ней волка или волчицу, что тоже неимоверно меня раздражало.

— Будешь, Луна, — я резко подался вперед, схватил супругу за шею, толкнул к стене и прижал всем телом. Мой волк подошел намного ближе, и я смотрел на нее его глазами.

— Будешь, Луна, отчитываться. И я жду ответа на каждый из своих вопросов. А еще ответь, почему ты продала Кристину черным собирателям? Зачем подписала от моего имени контракт? Думала, я не пойму, что это твоя подпись? Или забуду и сделаю вид, что это неважно и спущу всё на тормозах? — я прорычал ей в лицо, но в глазах у нее не было раскаяния или страха, там было только презрение ко мне. Затем я провел свободной рукой по незажившему ожогу.