Истинная с изъяном

– Чего пристала? – проворчала я, изо всех сил копируя тетушку Сандриллу. – Духота здесь просто невыносимая. Голова кругом, мелю всякую чушь.

– Фух, – с облегчением выдохнула она. – Узнаю Сандриллу Фалькорн. Я уж испугалась, что у тебя удар.

– Будет, если немедленно не освежусь, – под этим предлогом я сбежала от собеседницы.

Едва очутившись подальше от нее, снова обратилась к духам:

– Что это было?! – В голосе звучали явные истерические нотки. Мне категорически не понравилось быть под чьим-то управлением.

Мне повезло – Малкольм, обидевшись, исчез, и сейчас я говорила с Соломоном.

– Чтобы помочь хозяину, дух может вселиться в его тело, – пояснил мудрец.

– Зачем? – опешила я. Инквизитор меня о таком не предупреждал!

– Исключительно ради помощи. Например, Малкольм владеет искусством красноречия, которое он и пытался применить.

– А вы вселяетесь против воли хозяина?

– Нет, конечно.

– Отлично, – кивнула я. – В таком случае я запрещаю вселяться в себя. Никогда больше так не делайте!

Разбираться с духами посреди коридора было небезопасно.

Кто-то мог заметить, что я разговариваю сама с собой. Пусть аристократы частенько общаются с духами своих реликтов, но говорить с ними на публике считается дурным тоном.

Путь в наши с Джейминой покои, лежал через обеденный зал, где я опять наткнулась на Кайвена. Это уже преследование!

Я планировала незаметно пересечь зал, насколько это возможно с моими габаритами. Двигаясь перебежками от колонны к колонне, я поглядывала на корону на голове дракона.

Она манила меня, обещая спасение, и я пробормотала себе под нос:

– Мне надо коснуться короны. Но как это сделать?

Перстень все еще был на пальце, и духи вмиг отреагировали, видимо, решив, что я обращалась к ним.

– Выруби его! – взмахнула мечом Брунхильда.

– А лучше соблазни, – томно посоветовала Лолетта.

Малкольм все еще дулся, а потому промолчал. И только мудрец вздохнул:

– Разумно ли это?

Но его вопрос остался без ответа.

Впрочем, не отреагировала я и на другие советы духов. Вместо этого сосредоточилась на жреце, который как раз проходил мимо.

Я уже видела его. Именно он держал корону, когда она поставила на мне метку. Жрец производил неприятное впечатление. Лысый, худой, с бегающими глазками.

– Какая красивая корона у Сумеречного рода, – завязала я разговор, взяв жреца под руку. Если он и хотел вырваться, то не смог. От тетушки Сандриллы еще никто не уходил.