Хельга и Мистивир не обратили внимания, когда остались одни в храмовом саду. Они были счастливы. Впереди, конечно, еще будут трудности, но когда вдвоем — уже ничего не страшно.
Эпилог
Правитель Горного царства тяжело и как— то обреченно вздыхал, вышагивая по личной гостиной. Нарядили его тут в подобающий случаю костюм, сверкает тут весь. Да еще венец давит. Снова вздох. Он до сих пор поверить не мог, что выдает свою дочь за… за… да вообще что выдает дочь замуж! Она же вот только под стол пешком ходила и залезала к нему на колени, чтобы удобнее было наводить свои порядки на его рабочем столе.
Сколько докладов и указов попортила! Бегала тут по дворцу, в прятки играла. А вот посмотрите— ка, обнимается с… с… Обнимается и целуется! И замуж собирается! А там во дворце уже полный тронный зал приглашенных! Лишь бы погулять за его счет.
— Эйнар, успокойся, — Инга, перехватив мужа на очередном витке забега, ласково погладила по руке. — Наша дочь сделала правильный выбор. Их любовь истинная, и «сердца дракона» тому подтверждение.
— Надо было ему голову открутить, — вздохнул правитель. — Вот прям там, возле Бездны. Погиб с честью, награда и всё прочее.
— Поздно, дорогой, — Инга улыбнулась. — Кольца готовы, дворец полон гостей. У алтаря уже должен ждать Мистивир. Ну и в конце концов, я же должна всем показать свое новое платье, — пошутила она. — Я столько времени потратила на его пошив!
— Если он не явится, я не расстроюсь, — пробурчал Эйнар. Инга покачала головой. Камни в венце блеснули в свете люстры.
— Я готова, — из своей комнаты в сопровождении бабушки Грай вышла невеста.
Белоснежное пышное платье из туманных тканей было расшито бирюзовыми и золотыми нитями, и юбка мягкими волнами колыхалась при каждом движении. Лиф тоже был расшит необычным узором, похожим на морозный. Тонкую талию подчеркивал пояс, а вырез лодочкой от плеча до плеча подчеркивал высокую шею. Широкие рукава из туманной ткани на три четверти закрывали руки. Волосы невесты были уложены крупными локонами и украшены подобающей случаю диадемой тонкого плетения, усыпанной лунными диамантами.
Широкую седую прядь Хельга не позволила прятать. Серьги походили на тонкую паутинку, будто инеем, посыпанную крошкой диамантов. да и золотые туфельки были расшиты драгоценными камнями.
Грай утирала платочком слезы. Инга тоже не смогла сдержать нахлынувших чувств. Она подошла к дочери и осторожно, чтобы не помять платье, обняла.
— Ты такая красавица.
— Хель, может, не надо? — с надеждой спросил Эйнар.
