Истинных не выбирают. Мой чешуйчатый ректор

Я осознавала содеянное и наблюдала, как намокшие темные волосы лорда завиваются в колечки, а он просто молчал и препарировал меня взглядом."

"«Обморок! Падай в обморок!» – вопило мое подсознание, но тело отказывалось шевелиться, я даже моргнуть была не в состоянии. Так и сидела, оглушенная собственным проступком и ожиданием справедливого возмездия. Вдруг занавески, обрамлявшие выход на террасу, вспыхнули пламенем и через секунду осыпались на пол черным пеплом. Частички магии закружились вихрем вокруг дракона, оставив видными только его пугающие вертикальные зрачки, а потом схлынули, словно их и не было.

Лорд Драйгон сидел абсолютно сухой, и ни единый изъян не нарушал безупречности его внешнего вида. Кроме разве что погнутой вилки, которую он сжимал побелевшими пальцами.

– Простите, – выдохнула я покаянно, на этот раз абсолютно искренне.

– Ешь! – приказал он и более за время ужина не проронил ни слова.

Я упорно впихивала в себя невкусные кусочки, подбадривая тем, что уж лучше аллергическая реакция, нежели ночь наедине с сидящим напротив со зверским видом лордом.

Закончился этот кошмарный ужин моим хрипом. В горле вдруг стало тесно, и воздух входил и выходил со свистом, а я выпучила глаза от неожиданности. На такой исход я уж точно не рассчитывала.

Дракон среагировал мгновенно. Снес меня со стула, распластав прямо на каменном полу террасы. Пространство вокруг мигнуло зеленым, и всю территорию, прилегающую к особняку, накрыло магическим куполом.

– Задержать всех и привести ко мне, – бросил лорд охране.

 – Вызови Мариуса сюда!

– Где болит? – темные глаза беспокойно скользили по моему лицу, а руки обшаривали тело.

Ответить я не смогла, так как была слишком занята тем, чтобы наполнять легкие воздухом, которого, по ощущениям, с каждой секундой поступало все меньше.

– Твою ж чешую! – выругался лорд дракон, а потом просто принялся накачивать меня драконьей магией.

Стало щекотно и чуточку тепло, а еще почему-то срочно захотелось все тут сжечь к драконовой бабушке, кроме, пожалуй, вон той позолоченной статуи.

Она была красивой. Зато дышалось вроде как полегче. Не идеал, конечно, но хоть что-то. Так мы и дотянули до прибытия неизвестного мне Мариуса. Он вышел прямо из овального окна портала, который открыл, не глядя, Аэрик, как только послышался характерный протяжный звон. На мужчине красовалась наспех, а от того кривовато застегнутая рубашка, простые брюки и домашние туфли.