Истинных не выбирают. Мой чешуйчатый ректор

За тобой, оказывается, глаз да глаз нужен. Но если не устраивает моя кандидатура, могу прислать охрану."

"Я умолкла и погасила свет, дунув на выключатель, который стоял тут же на тумбочке. Отчего-то сделалось совестно, хотя из нас двоих стыдиться своих поступков должен был именно дракон. То ли разочарование в его глазах так на меня подействовало, то ли сама суть произнесенных с укором слов, но, лежа неподвижно, я еще долго обдумывала все произошедшее за этот день. Ночью мне снилось море. Как ласковое солнышко касается кожи лица, шеи, губ, а волны гладят волосы.

Я купалась в свежем, немного соленом запахе и улыбалась беззаботно. Море шептало мне всякие слова, звало к себе, рассказывало, как я прекрасна. Оно целовало мои пальчики, щекотало за ушком. Там я была счастлива, поэтому наступившее слишком скоро утро стало для меня особенно горьким.

Глава 4

Весь следующий день пришлось провести в постели. Подниматься мне было запрещено. Илира строго следила за тем, чтобы я в положенное время пила лекарство, кормила меня с ложечки безвкусной кашей, постным супом и вареным диетическим мясом.

Я молила о кофейе с молоком или хотя бы булочке с маслом, но получала лишь один и тот же ответ: «Диета прописана доктором. Нарушать нельзя».

Несколько раз заходил проведать меня Аэрик, но я в такие моменты упорно отворачивалась или накрывалась одеялом с головой. Почему-то мне страшно не хотелось, чтобы дракон видел мое уродливое раздутое лицо, нос-картошку и глазки-щелочки. К концу дня я готова была на стену лезть от безделья и пообещала себе больше никогда в жизни не вредить своему организму, даже если это и обещает пойти на пользу делу.

Зато, благодаря вынужденному затворничеству, у меня родился план. И если все получится, то уже через несколько дней дракон будет скрипеть зубами от злости и невозможности меня вернуть. Это человеческие законы для чешуйчатых не писаны, а вот законы магии приходится соблюдать всем! И всякие там огнедышащие лорды не исключение, к моему огромному удовлетворению.

К вечеру отек спал практически до конца, и я снова начала напоминать миловидную леди Терезу Брайтвард.

От предложения зашедшего в очередной раз Аэрика прогуляться по парку я не отказалась. Уж лучше с ним, но на свежем воздухе, чем в гордом одиночестве маяться взаперти.

– Как ты себя чувствуешь?

Мы шагали с драконом под ручку по насыпным дорожкам, вокруг стрекотали сверчки, светили теплым желтым светом парковые фонарики, а луна прочертила рябую дорожку по поверхности пруда.