Истинный выбор

Потому что следующее письмо от лорда Рэйнера Файерстоуна, — Лэйтон горько усмехнулся. — Как выясняется, твоего законного супруга уже девять месяцев как.

— Что? — Я встала и подошла к столу. Выхватила из рук Лэйтона бумажку и пробежала глазами.

Лорд Файерстоун уведомлял лорда Стилла, что прибудет через три дня, чтобы забрать свою супругу и ребёнка. К тому времени они должны быть готовы для длительного путешествия. Задерживаться в поместье Стилл лорд Файерстоун не намерен.

Приложением к письму шёл пергамент с регистрацией брака между лордом Рэйнером Файерстоуном и леди Ангелиной Файерстоун, датированный… больше девяти месяцев назад.

Я смотрела на эти бумаги и не могла поверить. Мной распорядились, словно вещью, по своему усмотрению. Передали, словно трофей, от одного к другому. Волна возмущения поднялась внезапно и неконтролируемо.

Лэйтон пристально наблюдал за моими эмоциями, задумчиво приложив пальцы к губам, затем сказал:

— Мечты сбываются, да, дорогая? Поздравляю тебя. Наконец-то, ты воссоединишься со своим возлюбленным.

Я хлопнула по столу листами пергамента, упёрлась в него ладонями и наклонилась к Лэйтону через стол.

— Я не хотела этого. Сейчас — уже нет. Я обещала быть с тобой.

— Но ведь ты всё ещё любишь его. — Сказал тихо. — К чему этот наигранный гнев?

— Ты ошибаешься, Лэйтон. Я забыла, я научилась справляться.

Но бывший муж лишь покачал головой:

— Я своими глазами видел вашу последнюю встречу, Ангелина. Ты не забыла, и он не забыл. — Лэйтон снял очки, и устало потёр глаза.

Услышанное дошло до меня не сразу. Лэйтону — вот кому было действительно больно все эти дни. Эгоистка, какая же я эгоистка! Даже не думала о нём, а только о себе, своей гордости и нежелании уступать Рэйнеру и Императору. Убрала за спину дрожащие руки и попятилась назад. Выскользнула за дверь и прикрыла её за собой.

Сразу после этого разговора лорд Стилл уехал. Об этом мне сообщил дворецкий, как и о том, что готов оказать мне любую помощь в сборе вещей. После разговора с Лэйтоном я больше не чувствовала за собой морального права попусту сопротивляться неизбежному, поэтому покорно начала готовиться к отъезду.

В последнюю ночь я почти не спала, и чувствовала волнение как перед экзаменом. Поднялась, едва вдали начало светлеть небо. Младенец мирно спал в колыбельке.