— Как вам кажется, — спросил он, — мог ваш папа сказать что-то о препарате?
— Разумеется, нет. Но назвал имя. Биму этого было достаточно. На следующее утро в институте он передал мне банку с папиными витаминами.
— Софья Дмитриевна, вы говорили, что отдали оставшиеся капсулы на экспертизу, — напомнил Зубов.
— Это не официальная экспертиза.
— Кто её проводит?
— Моя подруга, бывшая сокурсница.
— Где?
— У нас в институте, в отделе органической химии. Вы же были у нас. Мы на третьем этаже, они на пятом. Её зовут Оксана.
Зубов протянул Соне блокнот и ручку. Она написала ему телефоны и фамилию Оксаны и вдруг пробормотала чуть слышно:
— Папа ни за что не сказал бы о препарате. Вы же предупредили его, что об этом говорить можно только мне.
Зубов замер с блокнотом в руке и спросил:
— Что, простите?
— Иван Анатольевич, не смотрите на меня так испуганно. Я знаю, в последний свой вечер в ресторане мой папа ужинал с вами.
— Когда вы это поняли?
— Ещё вчера. Когда мы ехали в такси из аэропорта. У вас лицо было такое же, как сейчас.
Не волнуйтесь, я ни минуты не думала, что вы могли папу убить.
— Спасибо, — улыбнулся Зубов, — надо же, а мне казалось, что я полностью владею своим лицом. Наверное, стал терять профессиональную форму.
— Просто вы живой человек, не робот. Иван Анатольевич, можно я теперь пойду спать? У меня глаза закрываются.
— Да, конечно, Софья Дмитриевна. У меня, честно говоря, тоже. Только один последний вопрос. Вы согласны заняться исследованием препарата?
— Куда же я теперь денусь? — Соня грустно улыбнулась.
— Михаил Владимирович Свешников мой прапрадед.
Она с трудом доплелась до своего номера. Её шатало от усталости, но всё-таки прежде, чем отправиться в душ и лечь спать, она заставила себя включить компьютер. Надо было написать Нолику, сейчас хотя бы коротко, а завтра подробнее.
От него пришло целых три послания, и одно от Оксаны.
«Софи, прости, у меня полнейший завал. Твои капсулы я, конечно, сразу посмотрела. Там какая-то странная хрень, но точно не витамины.
Надо мной висит монстр, мой шеф, так что я ничем посторонним заниматься сейчас не могу. Знаю, что тебе нужно поскорее, поэтому отдала твои капсулы Биму. Он как раз был сегодня в институте. Я все ему объяснила, он обещал, что сделает быстро и отправит тебе подробный отчёт».
Москва, 2006Звонок Зубова застал Петра Борисовича в очередной автомобильной пробке. Прозвучало всего одно слово: «мельник». Какой мельник?
Кольт решил, что ослышался или не туда попали.
