История злодейки

 — Я знаю, что вы не этого ожидали от замужества. Поверьте, я тоже себе представлял все иначе, но вы… оказались другой, — потупил король взгляд, всего на мгновение показавшись мне удивительно уязвимым. — Вы вольны меня не любить, и я не в праве требовать от вас иного в наших обстоятельствах. У меня есть Ванесса, а вы… Ты, вероятно, все еще любишь другого, — слегка поморщившись, заметил он, а я вздрогнула, испугавшись непонятно чего. — Но, я надеюсь, это не помешает нам хотя бы попытаться стать не просто заложниками ситуации, а, друзьями?

Я в растерянности моргнула и в нерешительности замолкла, не понимая своего промедления.

С той чертовой «первой брачной ночи», я именно к этому и стремилась — стать Костасу другом, к которому он будет прислушиваться и кому станет доверять. А теперь он сам предлагает мне то, к чему я так стремилась. Тогда почему у меня такое ощущение, что он предлагает совсем другое и, согласись я, это выйдет мне боком?

Хотя, с чего бы? Слова мужчины звучали вполне искренне, чтобы усомниться в его добрых помыслах.

Вот только взгляд, которым он отслеживал каждое мое действие — меня настораживал. Нет, это не была влюбленность, которой я тоже добивалась и которая была бы мне очень кстати. С чужой влюбленностью я знаю что делать. Но то, что творилось с королем — меня пугало своей неопределенностью. Под его взглядом я ощущала себя добычей, словно дичь под прицелом охотника, который до сих пор, почему-то, не пустил стрелу.

Даже с тем же Демьяном, который порой пугал меня до дрожи, я не чувствовала себя так необъяснимо уязвимо, как с супругом, сердце которого принадлежало другой.

В чем он сам убеждал меня. И, кажется, себя.

Видя мою нерешительность, король плавно приблизился, а после опустился передо мной на корточки, осторожно взяв в свои руки мою ладонь. Прикосновение было теплым, надежным и мягким, но у меня вновь возникла ассоциация, что сейчас на моем запястье сомкнулись зубцы капкана, и я вздрогнула.

— Я все испортил, верно? — тихо спросил он, с какой-то странной задумчивостью перебирая мои пальцы, а после поднял лицо, чтобы заглянуть в мои глаза.

И расстояние между нами мне показалось слишком ничтожным. — Вчера я повел себя недостойно: обидел и испугал тебя, Виктория. Прости.

— В этом нет только вашей вины, су…

— «Костас». Пожалуйста, скажи мое имя, — попросил он с такой мольбой, что меня бросило в жар.

— Костас, — выдохнула я тихо. — Мы оба виноваты.