История злодейки

Стараясь справиться с внутренним волнением, вновь окинула гостей взглядом и внимание привлекло отсутствие одного действующего лица. Нет, я сейчас не про Ванессу, которая вновь была вынуждена сидеть с моей стороны, но все равно слишком далеко от Костаса, что ее явно печалило, как и откровенные знаки внимания ко мне Костаса. Теперь ее посадили даже дальше, чем прежде. Видимо, для того, чтобы гости точно не заметили их отношений. Но, черт с ними, я о другом! — А где лорд Блеквуд? — понизила я голос и слегка подалась к супругу, который с готовностью наклонился ко мне.

Даже ближе, чем следовало.

Хитро усмехнувшись, за которым я все равно разглядела скрытый жесткий оскал хищника, король ответил:

— Я проанализировал ваши вчерашние слова относительно лорда и его методов управления и предпринял меры.

— О чем вы? — напряглась я, посмотрев в ледяные голубые глаза, которые смотрели пристально и требовательно.

— Сейчас не время и не место, сударыня, для подобных разговоров, — бескомпромиссным тоном произнес Костас, хоть и с вежливой улыбкой на открытом и безупречном лице.

 — Но будьте спокойны, я уже обсудил данный вопрос с вашим опекуном и только уверился в своих мыслях и правоте.

Предполагая, что мог посоветовать Паук… старика Блеквуда вдруг стало почти жаль. Акция жалости была разовой и кратковременной, но все же…

Вскоре меня стали одолевать уже совсем другие мысли. Еще более печальные, чем прежде.

Такие, как, например, моя несостоятельность, как советчик и друг. Костас уже более заинтересован в том, что у меня под юбкой. А теперь, если место верного советчика займет и упрочниться за ним Улссоном, от меня не останется никакого толку для Паука. Единственное, что сможет меня уберечь, это призрачная возможность выведать у Костаса то, где же эта чертова фамильная сокровищница. Но как это сделать, когда рычагов давления становится с каждым днем все меньше?!

— Но я всегда открыт для диалога, Виктория, — заверил меня Костас, сменив тон, и сместился, чтобы, непозволительно близко от моего лица закончить свою мысль, с соблазнительной улыбкой: — Только скажите, и наше общение я сделаю приоритетным в любое время дня… и ночи.

Я пораженно выдохнула, ощущая, как краснеет лицо, то ли от возмущения, то ли досады, то ли злости от того, что в этот момент даже мои колени предательски задрожали.