История злодейки

— Все, что я тебе вчера говорил — правда, Виктория, — холодно произнес он, пока я неловко устраивалась в постели, вновь поджимая ноги и ощущая себя какой-то потерянной. — Да, в мой план входит показать Улссону сокровищницу. Но лишь с той целью, что я не смогу чисто физически попасть в нее без него. Это тоже было условием. Он — мой пропуск. И я ничего не смогу с этим сделать, — слегка повернул он ко мне голову, чтобы я увидела, как сжимаются его губы от бессильной злости. — Я — заложник обстоятельств, Тори.

В гораздо большей степени, чем ты. Ты мне вряд ли поверишь, но это так.

— Прости, — тихо выдохнула я, ощущая, как лицо заливает стыд и раскаяние. — Прости, — повторила я, а после подтянула колени к груди и обняла ноги, размышляя, кажется, впервые, какого быть на месте Яна — могущественного, древнего существа, который оказался в подобном унизительном услужении человеку, подобно безропотному рабу. Вероятно, отчаяние его куда больше моего, раз он решился на сотрудничество со мной.

Раз так, полагаю, все остальное он уже испробовал и ему осталось идти на крайние меры. — Расскажи еще, — попросила я, когда не дождалась от мужчины никакой реакции. Он продолжал стоять ко мне спиной и всматриваться в окно. — Ты говорил, что я нужна тебе, чтобы воспользоваться артефактом. Почему в сокровищницу не могу проникнуть только я, завладеть артефактом и загадать желание, чтобы ты оказался свободен?

— Все дело в артефакте. Все не так просто, — тяжело вздохнул Демьян и нехотя обернулся ко мне.

 — Главная проблема заключается в том, что он не работает просто так. За каждое желание требуется оплата.

— О чем ты говоришь? — забеспокоилась я.

— Одно желание — одна жизнь, — подтверждая мои худшие опасения, произнес Ян.

— Стой, — прошептала я, ужаснувшись догадке. — Ян, тебе известно, что стало с Милой — моей служанкой? Куда она делась?

На моем вопросе мужчина напрягся, а после красноречиво промолчал, разом приняв равнодушный ко всему вид, с которым когда-то наказывал меня.

И для меня не составило труда понять, что это значит. Один его пустой взгляд говорил громче слов, а у меня перехватило дыхание.

— Зачем? — только и смогла я спросить, отчаянно отгоняя слезы боли и непонимания. А еще вины, словно я сама подписала девушке приговор.

— Себастьян был как никогда конкретен в своем приказе, — коротко произнес Ян. — Полагаю, она ему чем-то помешала.

— Но чем?! — едва не закричала я, но вовремя сбавила громкость.