История злодейки

Сразу вспомнился наш с ней последний диалог вчера, ее слова, которые больше походили на предупреждение. А еще страх… Чего она так боялась? Что такого она знала, что Паук решил, что безопаснее избавиться от девушки?

— У меня не было шанса выяснить это.

— Ты… Она мертва? — с трудом сглотнув, спросила я.

Он помолчал некоторое время, а после слабо покачал головой.

— В какой-то степени.

— Боже, очередной гроб? — пораженно подняла я брови. Маг усмехнулся и увереннее покачал головой.

— Паук приказал избавиться от девчонки, чтобы ее труп никто и никогда не нашел.

Потому я перенес ее на другой континент, лишил памяти… но не убил. Она не сможет вернуться. И ее труп точно не найдут, ведь она жива, — развел он руками, пока я с ужасом и восхищением размышляла над словами Яна. С одной стороны — замечательно, что девушка жива, и он ее не убил, так виртуозно обошел приказ хозяина. С другой стороны я была в ужасе от того, как выживет одна юная девушка без памяти, в полном одиночестве на чужой земле. Это равносильно убийству в нынешнем мире и времени! Но по взгляду мага поняла, что уточнять и привередничать не стоит. Как бы он не решил, что легче избавиться от девчонки и лишить ее даже этого призрачного шанса на спасение. — Но лучше вернуться к нашей проблеме, — резко сменил Демьян тему. — Фактически артефакт засасывает душу смертника и превращает его в джинна, который это желание и исполняет. Но в моем случае все сложнее, чем с обычными людьми и, чтобы освободить меня… требуется душа моего хозяина. Только тогда обладатель артефакта сможет загадать мое освобождение. Ни что другое, кроме самого хозяина меня освободить не сможет. И, как ты понимаешь, Улссон добровольно этого делать не станет. Нет, на меня у него свои планы.

— Он хочет сделать джинна из тебя? — сжимая дрожащие пальцы, тихо спросила я и получила молчаливый кивок, а после пояснение:

— Лишь сверхъестественное существо, помещенное в артефакт, способно сдвигать время и воскрешать мертвых.

— И ты все это время знал о его плане? — поразилась я.

Я, по крайней мере, была стабильно кормлена обещаниями о мнимой свободе. Ян, был вынужден подчиняться даже со знанием своего конца.

— Мы с ним не говорили об этом напрямую, сидя за чашками чая, но… да, он не особо скрывает свои намерения, прекрасно понимая, что я в безвыходном положении. Убью его — останусь в роли фамильяра его рода, и тогда освободиться будет практически невозможно. Пытками заставить его меня освободить — тоже не выйдет. Нужна лишь добрая воля.