История злодейки

Я знаю, что вы в курсе некоторых особенностей наших отношений с Милой, но… я люблю ее, — вздохнув, выпалил он с видом, словно покаялся в своем самом страшном грехе. С учетом того, что он женат — вероятно, так и было. — Да, я поступил подло и нечестно, воспользовавшись возможностью… — начал он и затих, собираясь с мыслями. Я же не стала уточнять, что и продолжал пользоваться. Мила не распространялась, но я порой замечала на ее теле следы неконтролируемой страсти. Вида не подавала и помощи не предлагала, так как особо несчастной девчонка не выглядела.

 — Поймите, я понимаю всю степень своей вины: я женат больше двадцати лет, но не люблю и никогда не любил жену, детей нам боги так и не подарили, но я и не желал их от Мариссы. И, несмотря на все это, я никогда прежде не изменял супруге. Никогда… до появления Милы. Девушка годилась мне в дочери и на мои чувства даже не помышляла отвечать… а я… я на старости лет полюбил: глупо, слепо и отчаянно.

— Вас должно это оправдывать, господин Беристо? — холодно уточнила я, отчаянно сдерживая презрительную гримасу.

— Нет, — вынужден он был признать и опустил взгляд, в котором заплескалось раскаяние и сожаление. — Нет, меня это не оправдает и ничто не может, — кивнул он.

— Зачем вы пришли? — со вздохом попросила я ответить. — Я не могу ускорить поиски девушки.

— Я пришел не за этим, — твердо произнес мужчина, словно ощутил второе дыхание и с решимостью посмотрел в мое лицо. — Более того, я не сомневаюсь, что поиски ничего не дадут… а если и дадут, то ничего радостного, — с силой сжал он челюсти, на мгновение отведя взгляд, в котором боль едва не пролилась со слезами.

 — Мила больше никогда не вернется, и я отдаю себе в этом отчет. Единственное, что я хочу, чтобы ее исчезновение не прошло напрасно. Чтобы ее жизнь не была напрасной, и виновные понесли наказание.

— О чем вы? — напряглась я и прищурилась.

— Несмотря на вашу репутацию, Мила искренне верила в то, что вы, ваше величество, единственный честный и благородный человек во всем этом дворце.

Она в это верила, — срывающимся голосом произнес он. — Она любила вас. Вы стали для нее очень важной. Ради этой веры она не пожалела рискнуть своей жизнью.

— Я не понимаю, — тревожно следила я за выражением лица мужчины, который, как я поняла, отчаянно ненавидел меня и винил в потере любимой, но сейчас переступал через себя в честь той, кого, кажется, действительно, любил.