История злодейки

А после… после я не сомневался, что ты справишься и обыграешь его. Ведь ты — моя лучшая ученица, — грустно улыбнулся Ян, пропуская между пальцев прядь моих волос, пока я напряженно вглядывалась в его лицо, не желая верить, что он говорит правду и действительно пытался спасти меня таким чудовищным способом. — Костас подарил бы тебе хорошую жизнь, в чем я не сомневался. Но ты отказала. И мы оба знаем почему, — вкрадчиво произнес он, прищурившись. — Для справки: если ты еще хоть раз, попытаешься что-нибудь с собой сделать, я уничтожу мир.

Утоплю все миры в крови, но верну тебя, а после самолично посажу в клетку. Ты — моя от корней волос, до кончиков пальцев. Твоя жизнь теперь тебе не принадлежит и никогда не будет. Я хочу, чтобы ты это понимала. Я сделаю все, чтобы дать тебе свободу, о которой ты мечтала, сколько смогу, но лишь до тех пор, пока тебе ничего не будет угрожать. Поняла меня?

У меня затрясся подбородок, а на глаза выступили слезы от осознания того, что моя жизнь вновь мне не принадлежит. Но что убивало больше — понимание, что эта мысль, в данном случае, не вызывает ничего, кроме глупого восторга.

Ведь еще там, в пещере, я понимала, что свободы не получу никогда и не освобожусь от той власти, что Ян уже имеет на меня. Даже после его ухода эта власть не исчезла бы. Именно поэтому я предпочла вообще не жить, чем с той дырой в груди, что образовалась бы и никогда не зажила, когда единственный, с кем я не чувствовала себя пустой — был Демьян.

Так же, как проснувшись сегодня, вместо радости от возвращения, ощутила лишь горечь и разочарование, подумав, что больше никогда его не увижу…

Засмеялась сквозь слезы, ощущая, как меня все больше захватывала истерика, а после пораженно замерла, медленно умирая от ощущений его губ на своем лице, которые целовали требовательно и крепко, не оставляя ни намека на сомнение, кому я теперь принадлежу и всегда буду.

— И тебя не смущает то, что я — смертная? — спустя минуту, отстранилась я нехотя, так как заниматься сексом на лавочке явно была не готова, а к этому все и шло.

— Ну, откровенно говоря… ты уже не смертная, в полном смысле этого слова, — нехотя признался Ян и выразительно скривился.

— Ты о чем? — насторожилась я, забыв про все веселье.

— Кровь, что я дал тебе в первый раз, лишь продлила твои годы жизни и сделали более выносливой, чем обычной человек. Кровь, что я дал тебе, после моего обращения… В общем, она тебя обратила. Убить тебя будет не так-то просто. А сама ты вряд ли умрешь.