История злодейки

Отметив мою реакцию, он презрительно усмехнулся, а после сладким, издевательским тоном продолжил свою мысль:

— Как бы сейчас ни храбрилась, ты боишься меня. Сейчас тебе кажется, что Себастьян — большее зло, но мы оба знаем, что ты ошибаешься, — оскалился он, показывая свою «фирменную» острозубую улыбку. — Как я должен тебе доверять, зная, что в любой момент ты можешь струсить и переметнуться на сторону, пусть и мерзкого, но такого же человека, как ты сама?

— Мне можно верить! — нервно выкрикнула я, но вздрогнула, когда он поднял руку.

Я думала, сделает больно, но он лишь погладил мою щеку неестественно длинными пальцами. Вглядываясь в мои глаза, он мучительно медленно исследовал черты моего лица, отслеживая линию подбородка, заставив задрожать от ощущений острого когтя, что слегка царапал кожу. — Я до сих пор не предала вас, не так ли?

— Но не сделала это лишь потому, что не было возможности, — задумчиво отслеживая взглядом движения своего пальца, парировал он. — Ты собиралась предать Себастьяна, очаровав короля.

И сейчас, предлагая мне объединиться, ты тоже предаешь. Так себе доказательства верности, — ехидно прищурился он, смяв когтистым пальцем мою нижнюю губу, словно провоцируя на очередной испуг. — Я не могу доверять тебе.

— Чего ты от меня хочешь? — разозлилась я. — Как я должна доказать свою верность?

— Как только я прекращу видеть в твоих глазах страх, это будет достаточным аргументом. Сейчас же ты лишь испуганный, загнанный в угол зверек, который бездумно мечется в поисках выхода из положения.

Но ты не прекратишь меня бояться, — почти что с сожалением пожал он плечами и убрал руку, слегка отстраняясь, словно подвел черту. — Не стоит поднимать эту тему вновь.

— Подожди! — нервно воскликнула я в настоящем страхе, что так бездарно провалю всю свою задумку. Ян нехотя обернулся и посмотрел на меня с легким раздражением, как родитель на нерадивое чадо. — Я не боюсь тебя! — нагло заявила я, удивив даже саму себя той уверенностью, которая прозвучала в голосе. Мужчина удивленно приподнял брови, а после предвкушающее улыбнулся голодной, акульей улыбкой.

Едва сдержалась, чтобы испуганно не вздохнуть, и упрямо подняла подбородок, понимая, как много стоит на кону.

— Смелое заявление. Жаль, ничем не подкрепленное.

— Я могу доказать, — не желала я сдаваться так просто. Демьян окинул меня ехидным взглядом, а после протянул:

— Хорошо, — покивал он. — Я дам тебе одну попытку убедить меня в правоте твоих громких заявлений, Тори.