А Ирине стало смешно, когда она представила, что прогуливаются они с Виленским по парку, а позади отряд охраны марширует, подозрительно косясь на зевак.
Виленский приехал к четырём часам. Ирина сначала хотела взять с собой детей, но потом решила, что в этом случае, во-первых, он не смогут поговорить, а во-вторых, будет неверный посыл, как будто она очень хочет побыстрее воссоединить семью. А она пока не была готова.
Экипаж, тот самый, на котором Ирина уже ездила по Москве, остановился около особняка наместника.
Барон Виленский, чисто выбритый, одетый в тёмно-зелёный камзол, вышитый золотом, благоухающий, Ирина подозревала, что «мужским» мылом, которое она же барону и отправляла, зашёл в дом.
Прежде чем дворецкий успел о бароне доложить на него налетел вихрь из братьев Ирэн и сына. Малышка Танюша тоже прибежала, хоть ей и не позволяли бесстрашно бегать со всеми. Но верная Глаша старалась постоянно быть рядом.
Барон взял на руки Сашу и подкинул!
Саша удивился, отец раньше никогда такого «себе не позволял».
Опомнившись, мальчишка заливисто рассмеялся.
— И я, и меня, — раздалось из одного тёмных углов, и оттуда выбежала Танюша, смешно переваливаясь на пухлых ножках.
Ирина выглянула из-за тёмного коридора, ведущего из кухни, и застыла поражённая увиденным. Барон, смеясь подбрасывал хохочущую Танюшу.
Танюша заливисто хохотала, и Ирина ощутила большую благодарность к барону.
Выглянула из коридора в тот момент, когда барон поймал Танюшу, а она, сидя у него на руках, взяла ладошками его лицо и поцеловала его в обе щёки.
— Ты холосый, плиходи ещё, —заявила важно
Пришло время выходить, — подумала Ирина, и выплыла из коридора, шурша парчовыми юбками.
Да-да, Ирина надела новое платье. Вот, что за женская натура, вроде и не стремилась привязать к себе мужчину, а всё равно надела новое платье, сделала причёску и вообще хотела выглядеть так, чтобы только взглянув на неё, мужчина сразу же оказался у её ног."
"Виленский не избежал этого, увидев Ирэн, он так и замер с Танюшей на руках, которая обернувшись и увидев маму, сказала:
— Мама, смотли, какой дядя холосый, давай его себе оставим?
Виленский закашлялся и поставил Танюшу, передав её Глаше.
Саша стоял с серьёзным лицом, переводя взгляд с отца на Ирэн. Но Ирэн нечего было сказать, и она просто спросила, применив запрещённый приём:
— Сергей, мы едем одни или возьмём детей с собой
Первыми отмерли близнецы и заверещали, что они готовы. На барона Виленского было жалко смотреть.
