История (не)любви

В противном случае она обещала поджарить меня на костре.

Теперь ясно, откуда Мелания узнала о настойке. Винить знахарку я не могла. В конце концов, она лишь спасала свою жизнь.

— Тебя пытались отравить, — между тем, сказала женщина, — меня вызвали для твоего лечения.

— Отравить?

— Да, выдержкой из черной анибы. Она вызывает бесплодие.

— Так я?... — прижала руки к животу.

— Не могу точно сказать. Время покажет. Но настойку мою больше не пей. Не то хуже будет.

Она едва произнесла это, как дверь открылась, и в спальню вошел лэрд.

— Флориана, ты пришла в себя, — он выглядел счастливым, а я захлебывалась рыданиями, подступившими к горлу.

— Лучше бы я погибла! — вырвалось у меня.

Я повалилась обратно на подушки, глотая слезы. Боги ненавидят меня. Как иначе объяснить их издевательства?

Знахарка дала лэрду указания по поводу моего лечения и ушла. Мужчина задержался, но лучше бы он тоже вышел. Сейчас мне хотелось побыть наедине со своим горем.

Лэрд сел рядом со мной на кровать, взял мою руку в свою и переплел наши пальцы.

— Ты не представляешь, как я испугался, что потеряю тебя. Однажды во время штурма крепости я как обычно возглавлял войско, и вдруг вижу – мне в грудь направлено копье. Те пара секунд, что оно летело, были самыми страшными в моей жизни. До этой ночи.

— Вас ранили в тот день? — спросила я зачем-то.

— Нет. Друг сбил меня с ног, и копье лишь задело плечо.

Я кивнула, вспомнив тело лэрда. Оно все было покрыто шрамами. Думаю, он встретился ни с одним копьем.

Мужчина пытался отвлечь меня, но тяжелые мысли быстро вернулись.

— Теперь меня тоже сошлют в монастырь? — всхлипнула я. — К чему вам бесплодная жена.

— Еще ничего толком неизвестно.

— И как долго вы планируете это выяснять? Какой срок мне отведете? Год? Два?

Голос повышался постепенно, и в итоге я сорвалась на крик. Со мной случилась настоящая истерика. Я вопила, рыдала, брыкалась, не давая себя обнять. Пришлось позвать Бена, чтобы держал меня, пока лэрд вливал мне в рот успокоительную настойку.

Спустя пару минут на меня навалилась апатия. Все стало безразлично. Я лежала на боку, наблюдая за танцем пылинок в луче света. Это было даже не спокойствие, это была пустота.

Лэрд гладил меня по волосам, шептал утешительно. Я не разбирала слов, только интонацию: что-то ласковое, пропитанное заботой. Но и это не трогало меня. В море штиля, в которое меня погрузила очередная настойка знахарки, был лишь один островок бури.