История нового имени

Она, не поднимая головы, прошла мимо меня, но через три-четыре шага остановилась.

– Чего надо? – грубо спросила она.

– Я ищу женщину по фамилии Черулло.

– Лину, что ли?

– Да.

– Идите в шприцовочный цех.

Я спросила, как его найти, но она повернулась и ушла. Я толкнула ближайшую дверь. В помещении было жарко, и вонь была еще сильнее. Это был большой цех; здесь стояли чаны, наполненные какой-то белесой жидкостью, в которой плавало что-то темное; над чанами склонялись по пояс мокрые рабочие, медленно перемешивая их содержимое.

Над ними плавали облака густого пара. Лилы здесь не было. Я обратилась к мужчине, который лежал на грязном плиточном полу и чинил трубу:

– Вы не знаете, где Лина?

– Черулло?

– Да, Черулло.

– В цехе фаршей.

– А мне сказали, она в шприцовочном.

– Так зачем спрашиваете, если знаете?

– А где цех фаршей?

– Прямо.

– А шприцовочный?

– Направо. Если не найдете, посмотрите в разделочной или в холодильнике. Она вечно с места на место скачет.

– Почему?

– Она что, ваша подруга? – криво ухмыльнулся он.

– Да.

– Тогда лучше промолчу.

– Нет уж, скажите.

– А вы не обидитесь?

– Нет.

– С этой стервой никто работать не хочет."

"Я пошла, куда он указал. Никто не пытался меня остановить. На всех здесь, и на женщинах, и на мужчинах, лежала печать какого-то равнодушия; даже когда они смеялись или переругивались, казалось, что они не имеют никакого отношения к собственным голосам, к своему смеху, к окружающей грязи и вони. Я протиснулась между работницами в синих комбинезонах, которые размалывали мясо; головы у них были покрыты сеточкой; гигантские мясорубки издавали металлический лязг; к нему примешивался плюхающий звук готового фарша.

Но и здесь Лилы не было видно. Не было ее ни среди рабочих, которые забивали в свиные кишки розоватую массу, смешанную с кубиками сала, ни среди тех, кто разделывал туши, с пугающей быстротой орудуя острыми ножами. Я нашла ее возле холодильника. Она вышла из цеха, окутанная облачком белого пара. Вдвоем с напарником – низеньким пареньком – они несли на плечах красноватую пластину замороженного мяса, которую опустили на тележку. Лила снова шагнула к холодильнику. Я заметила, что рука у нее перебинтована.

– Лила!

Она медленно повернулась и недоверчиво посмотрела на меня. «Как ты сюда попала?» – спросила она. Глаза у нее лихорадочно блестели, щеки ввалились, но, несмотря на это, она производила впечатление большой и толстой.