История нового имени

Обувной магазин на пьяцца Мартири доказал то, что сам он знал и раньше: обувь, придуманная Лилой несколько лет назад, имела все шансы найти спрос не только в квартале Реттифило, на виа Фория или корсо Гарибальди, она вызывала живой интерес и со стороны богатой публики, готовой покупать то, что нравится, не глядя на цену. Это была важная доля рынка, и ее следовало закрепить за собой и дальше расширять.

Весной в витринах дешевых магазинов на окраине города стали появляться подделки под обувь «Черулло», что служило еще одним доказательством ее популярности.

Они практически ничем не отличались от настоящих – разве что кайма чуть другого цвета или пряжка чуть другой формы. В дело мгновенно вмешался Микеле Солара, угрозами поставивший на место предприимчивых конкурентов и остановивший распространение подделок. Но при этом он был твердо убежден, что для дальнейшего развития бизнеса необходимо расширять ассортимент продукции за счет новых моделей. Однажды вечером он пригласил в магазин на пьяцца Мартири брата, супругов Карраччи, Рино и, само собой, Джильолу и Пинуччу. К всеобщему удивлению, Стефано явился один, отговорившись тем, что его жена плохо себя чувствует.

Братьям Солара это не понравилось.

– Без Лины нам и обсуждать нечего, – сказал Микеле, вызвав недовольство Джильолы.

Но тут подал голос Рино. Он заявил (что было ложью от первого до последнего слова), что они с отцом давно разработали новые модели, которые намерены представить на сентябрьской выставке в Ареццо. Микеле ему не поверил и, еще больше рассвирепев, сказал, что им нужны по-настоящему новые модели, а не всякий мусор.

– Твоя жена должна быть здесь. Иди и приведи ее.

– Моя жена с утра до ночи работает в лавке и по вечерам должна сидеть дома и заботиться о муже, – неожиданно резко возразил он.

– Хорошо, – ответил Микеле, и его красивое лицо исказила гримаса злобы. – Но ты все-таки сделай так, чтобы о нас она тоже немного позаботилась.

В результате все участники встречи расходились расстроенными, но особенно негодовали Джильола и Пинучча.

Обе, хоть и по разным причинам, ненавидели Лилу и считали недопустимым, что Микеле так с ней носится. В последующие дни их раздражение только росло, любая мелочь выводила их из себя, и в магазине не утихали ссоры.

Примерно тогда же – по-моему, уже наступил март, – между ними вспыхнула перепалка, подробности которой мне почти неизвестны. Как-то днем, когда они в очередной раз что-то не поделили, Джильола влепила Пинучче пощечину.