"
"Для тех, кто сейчас с мостика смотрел на Атлантику впервые, шоу казалось воистину грандиозным. Мощь бушующего океана пленила и завораживала. А для людей под палубами, находящихся на своих рабочих местах — у двигателя, у рулей и рычагов — или сидящих, а точнее сказать, болтающихся в своих гамаках, взбесившаяся Атлантика была чем угодно, но только не красавицей.
Несмотря на плохую погоду, вахтенные без устали изучали горизонт. Каждому дозорному был дан определенный сектор для наблюдения. Час за часом проходили без всякого результата.
Менялись вахты, и новые вахтенные на протяжении более чем четырех часов видели все то же самое — воду, волны и облака. Атлантика и не думала успокаиваться, продолжая демонстрировать свой дикий, необузданный нрав. Неожиданно гигантская волна захлестнула лодку, застигнув врасплох людей на мостике, и повалила всех на палубу. В течение нескольких минут там находилась только груда промокших человеческих тел. Когда вода схлынула, люди, кашляя и отплевываясь, встали.
Происшествие не показалось никому забавным, и моряки хорошо усвоили урок. В будущем они в такую погоду стали привязывать себя к ограждению мостика.
Как только освободившиеся от вахты моряки сели есть, откуда-то со стороны донеслись громкие удары. Казалось, по корпусу лодки стучит гигантский молоток. Удар, еще удар…
Глубинные бомбы. Снова глубинные бомбы…
Я прервал трапезу и бросился к люку, ведущему на мостик.
— Вы что-нибудь видите, Баде?
Долгое время мы стояли и внимательно изучали горизонт.
Он был пустынен. Но вот вдалеке снова раздались взрывы. Возможно, это англичане в очередной раз тренировались.
Во время еды у моряков, свободных от вахты, была лишь одна тема для разговора: первая «оловянная рыбка». Несмотря на дождь и шторм, напряжение не спадало.
— Говорю вам, — твердил довольно шумный берлинец, — если первая «рыбка» промахнется, то вы можете привязать меня ко второй, и я сам буду ей управлять.
Тем не менее первая «рыбка» тревожила не только команду, но и офицеров.
Они не считали, что электрические торпеды достаточно хорошо испытаны, чтобы на них можно было положиться в серьезных обстоятельствах. Корабль нес восемь торпед старого типа (G.VII.a, усовершенствованный вариант торпеды G.VII.v, использовавшейся еще во время Первой мировой войны) и четыре новые электрические торпеды G.VII.e. У торпеды G.VII.a был один недостаток: она оставляла за собой след из пузырьков.
