В этот момент весь экипаж проклял приборы безопасности, используемые на немецких подводных лодках во избежание причинения ущерба собственным кораблям. Боек ударника не мог достать до детонатора, пока торпеда не пробежит по крайней мере 200 ярдов. Экипаж постарался увеличить расстояние. Едва мы добрались до безопасной точки, как я дал разрешение открыть огонь. Взрыв последовал так быстро, что у нас даже не было необходимости считать секунды. Сразу же после взрыва «U-69» погрузилась, чтобы скрыться от его последствий.
Через несколько секунд акустик Хинцпетер услышал в наушниках ужасающий грохот и звук, вызванный разваливающимся на куски судном. На борту нам было прекрасно слышно, как подбитый танкер медленно тонул недалеко от нас. Мы слышали, как он шипит, трещит и взрывается, в общем, разнообразие звуков было необычайным. Подводники тут же поняли опасность своего положения. Танкер, казалось, хотел забрать с собой на дно своего убийцу. В этом аду оставалась только одна возможность спастись — молниеносно бежать.
В неспокойной воде лодку швыряло, как легкую щепку, и все же старший механик умудрился опустить субмарину на безопасную глубину. Треск и шипение тонущего корабля стали тише. И снова судьба пощадила «U-69». Правда, как оказалось, это был еще не конец, потому что мы тут же, не успев оправиться от шока, подверглись атаке глубинными бомбами. Мы могли утешаться только тем, что если в следующие несколько минут нам суждено погибнуть в море, то все равно этот второй боевой поход «U-69» не был напрасным.
Едва мы успели опуститься на безопасную глубину и перевести дух, как тут же всем без исключения захотелось подняться на поверхность и стать причиной гибели еще парочки судов в конвое. Но непрекращающийся град глубинных бомб несколько поубавил пыл моряков. Судя по шуму гребных винтов вокруг нас, мы находились в самой середине конвоя. Снова нас ожидали долгие часы сидения под водой и громыхающие вокруг корпуса лодки глубинные бомбы. Когда «U-69» наконец поднялась на поверхность, погода снова ухудшилась, и нам приходилось потратить все свои силы на борьбу с суровой стихией.
Контакт с конвоем был потерян. Внезапно морякам пришло в голову, что не только британские моряки, но и сам Нептун стал их непримиримым врагом. Час за часом мы пробирались по бушующей Атлантике сквозь ветер и шторм. Все подводники знали, что плавание на подлодке — это не шутка, но погода в следующие дни пути затмила все, что нам пришлось пережить раньше.
