Полицейские дали ей шоколадный батончик, вытерли лицо и спросили, был ли у татуированного мужчины мотоцикл. Родители Скарлетт перестали за дочку бояться и теперь разозлились на нее и друг на друга: нельзя пускать маленькую девочку на кладбище, даже если это уголок живой природы, в наше время везде очень опасно, и без неусыпного надзора с ребенком могут случиться всякие ужасы. Особенно с таким ребенком, как Скарлетт.
Мать Скарлетт зашмыгала носом. Скарлетт, глядя на нее, расплакалась. Одна из женщин-полицейских поспорила с ее отцом.
Тот сказал, что как налогоплательщик оплачивает ее работу, а она ответила, что тоже платит налоги и, значит, кормит его самого. Все это время Никт просидел в темном углу часовни, невидимый для всех, даже для Скарлетт. Он смотрел и слушал, пока мог.
На кладбище смеркалось. Сайлес нашел Никта на вершине холма. Мальчик смотрел на город. Сайлес по своему обыкновению молча встал рядом.
— Она не виновата, — начал Никт. — Это я виноват! Теперь у нее неприятности.
— Куда ты ее водил? — спросил Сайлес.
— Внутрь холма, посмотреть на самую старую могилу. Там никого нет. Только какой-то Слир, похожий на змею, который любит всех пугать.
— Как интересно…
Они вместе спустились по холму и увидели, как запирают старую часовню. Родители со Скарлетт ушли в темноту.
— Мисс Борроуз научит тебя писать слитно, — сказал Сайлес. — Ты уже прочитал «Кота в сапогах»?
— Да, — ответил Никт. — Тыщу лет назад. У тебя получится найти еще книг?
— Думаю, да.
— Я ее еще увижу?
— Девочку? Едва ли.
Сайлес ошибался. Три недели спустя, в один сумрачный день, Скарлетт появилась на кладбище в сопровождении родителей.
Те настояли, чтобы она оставалась на виду, а сами держались немного в стороне. Мать Скарлетт то и дело восклицала, до чего здесь мрачно, и как чудесно и замечательно, что вскоре они навсегда отсюда уедут.
Когда родители Скарлетт начали говорить между собой, Никт сказал:
— Привет.
— Привет, — тихо-тихо отозвалась Скарлетт.
— Я думал, мы больше не увидимся.
— Я им сказала, что не поеду, если они не сводят меня сюда в последний раз.
— Куда не поедешь?
— В Шотландию. Там есть университет, где папа будет преподавать физику частиц.
Они шли по дорожке вместе — маленькая девочка в ярко-оранжевой куртке и маленький мальчик в сером саване.
— Шотландия — это далеко?
— Да.
— А-а…
— Я надеялась, что застану тебя. Хотела попрощаться.
— Я всегда здесь.
— Но ты ведь не мертвый, правда, Никто Оуэнс?
— Конечно нет.
