«Интересно, где у этой могилы дно», — думал он.
Вдруг две сильных руки подхватили его под мышки и понесли.
Никт давным-давно не видел настоящей темноты. На кладбище он обладал зрением мертвых, и ни одна гробница, могила или склеп не были для него тайной. Теперь он оказался в сплошной черноте. Его несли вперед неровными рывками; в ушах свистел ветер. Никту было страшно и одновременно весело.
А потом стало светло, и все изменилось. Небо было красного цвета, но не теплого закатного оттенка, а злобно-багрового, как воспаленная рана.
Далеко-далеко светило крошечное старое солнце, которое не согревало воздух.
Они спускались по отвесной стене. Из нее, словно из гигантского кладбища, торчали могильные плиты и статуи. Похожие на тощих шимпанзе в рваных черных смокингах, герцог Вестминстерский, епископ Бата и Уэллса и достопочтенный Арчибальд Фицхью перескакивали с камня на камень, размахивали мальчиком и, не глядя, ловко бросали его друг другу.
Никт пытался задрать голову, чтобы увидеть могилу, через которую попал в этот странный мир, но ее загородило другими надгробиями.
«А что, — подумал он, — если все эти могилы — двери…»
— Мы куда? — спросил он, но его голос сдуло ветром.
Они бежали все быстрее и быстрее.
Впереди поднялась еще одна статуя, и под багровое небо катапультировались еще двое существ, таких, же как новые приятели Никта. На одном было рваное шелковое платье, когда-то, должно быть, белое, на втором — грязный серый костюм, явно ему великоватый, с порванными в лоскуты рукавами.
Заметив Никта с друзьями, они бросились к ним, пролетев к земле футов двадцать.
Герцог Вестминстерский издал гортанный писк и притворился испуганным. Трое с Никтом поспешили вниз, двое — за ними по пятам, бодрые и полные сил под пылающим небом с мертвым глазом бледного солнца.
У большой статуи, лицо которой превратилось в грибообразный нарост, все встали. Никту представили тридцать третьего президента США и императора Китая.
— Это юный Никт, — сказал епископ Бата и Уэллса. — Он хочет стать таким, как мы.
— Чтобы хорошо кушать! — сказал достопочтенный Арчибальд Фицхью.
— Что ж, отрок, когда ты станешь одним из нас, хорошее питание тебе будет обеспечено, — сказал император Китая.
— Ага, — сказал тридцать третий президент США.
Никт спросил:
— Стану одним из вас? То есть превращусь в вас?
— Ишь какой смекалистый! Все хватает на лету! Ему палец в рот не клади!.. — сказал епископ Бата и Уэллса. — Точно подметил, одним из нас. Таким же сильным, как мы.
