Истребитель. Ас из будущего

Чую, эти «яки» нам еще изрядно кровь попортят.

Тихон некоторое время раздумывал. Если вести себя пассивно, надеясь на случайную встречу, немцы еще не один наш самолет собьют. У них была «свободная охота» – это когда пара истребителей вылетала без определенного задания. Вот бы нам перенять у врага этот опыт!

– Товарищ майор, разрешите?

– Нам бы парой на свободную охоту вылететь, может статься – и не раз. Где-то же у них есть аэродром. Подловить бы…

– У нас свободных самолетов нет. Сам видишь, каждый день на прикрытие летаем.

– Тогда придется уповать только на случай. И не одного уже летчика с самолетом потеряли. Неделю о подобных происшествиях слышно не было, а теперь вот снова проявились. Если им укорот не дать, и дальше продолжать будут.

– Рискованно, наверняка у них радиосвязь со своими есть. Вызовут подмогу и вас обоих собьют. Нет, запрещаю. Но чтобы проследил перекраску номера.

Оба пилота козырнули, повернулись и вышли. На крыльце штаба остановились, Кузнецов закурил.

– Думаю, у них аэродром подскока есть, даже площадка недалеко от передовой, – задумчиво сказал он.

– Конечно, где-то же они должны заправляться, боекомплект пополнять.

– Это само собой, но я не об этом. Ты обрати внимание: твоего ведомого обстреляли на обратном пути, теперь в Измайлово самолет на посадке сбили. Они высматривают наших, когда они с передовой возвращаются. Очень удобно, кстати, топливо на исходе, боекомплект зачастую израсходован…

– Это понятно, продолжай.

– Если бы они с тылового аэродрома взлетели, они бы не успели догнать и в хвост пристроиться.

– Принимается. Но сколько раз мы уже над оккупированной территорией летали, а ты видел хоть один аэродром? То-то!

– А им полноценный аэродром и не нужен. Два самолета можно замаскировать так, что сверху и не увидишь. И узкую полосу для взлета, пятьсот метров длиной, а то и короче. Взлетают на форсаже, только сели – по тормозам.

– Давай так. Пока нашу пару не разбили, договоримся с комэском. После боевого задания по прикрытию отваливаем в сторону, в один день – на юг, в другой – на север.

Они переговорили с комэском.

– Разрешения дать не могу, если что – меня за самоуправство взгреют. Но глаза закрыть на это могу. Десять минут отлучки, не больше.

Следующим днем они прикрывали штурмовики. Те отработали по ближним немецким тылам и развернулись к себе.