Истребитель. Ас из будущего

Сейчас на стол соберу, ты небось есть хочешь?

– Скрывать не буду, проголодались.

– Это вы откуда прилетели, если не секрет?

– Вылетели из-под Мурманска, до Новой Земли, и возвращались уже, да непогода.

– О! В Арктике погода может измениться за полчаса!

Разговаривая, Матвей Степанович одновременно собирал на стол. От выставленной еды у Тихона засосало в желудке – таких деликатесов он на аэродроме не видел, да и в прошлой жизни только на экране телевизора.

Рыба красная в нескольких ипостасях – соленая, вяленая, копченая.

– Лосось? – Тихон ткнул пальцем в рыбу.

– Сразу видно городского жителя! Выше бери, муксун это! А это – чавыча. На мой вкус – царская рыба!

В последнюю очередь на столе появились граненые стаканы.

На правах хозяина Головчанский открыл бутылку коньяка, понюхал.

– Отменно пахнет! Говорят – летчиком шоколад дают, а тут – коньяк.

– Не мой. Подводникам помогли, вот командир лодки презент сделал.

– Презент? Не думал, что такое слово здесь услышу. В поселке рыбаки, люди простые, но мужики настоящие.

Головчанский разлил коньяк по стаканам – граммов по семьдесят.

– Ты уж извини, товарищ летчик, рюмок нет – как и шоколада с лимоном.

А не прост этот начальник наблюдательного поста! На северах, да в такой дыре, как эта Ходовариха, не многие знают, чем коньяк закусывать. Видимо, образование имел или из бывших. Под бывшими в Союзе понимали людей из благородного сословия, дворян.

– За победу! – Головчанский встал, держа в руке стакан.

Они чокнулись, выпили.

Тихон обратил внимание, что Матвей не произнес тост за Сталина, за партию. Видимо, что-то личное было, обида какая-то примешивалась.

– Что, летун, удивлен, что за Сталина тост не поднял?

– Так я из репрессированных. Правда, реабилитирован, в правах восстановлен.

– Враг народа? – ухмыльнулся Тихон.

– Да ты, товарищ пилот, ешь рыбу-то! Небось в армии такой не попробуешь!

Тихон взял кусок муксуна, откусил.

– Никакой я не враг, – помедлив, ответил он Тихону. – За недальновидную политику расплачиваюсь.

– Это как? – не понял Тихон.

– Давай выпьем. Завтра и послезавтра погода нелетная, барометр совсем упал. Так что сидеть вам здесь, на самом краешке земли, еще как минимум два дня.