Истребитель. Ас из будущего

Тихон выпил, закусил. Повезло ему, судьба свела с интересным человеком. Вообще, после появления в этом времени он встречал настоящих людей, патриотов. Не показных из депутатов или чиновного люда, а скромных, но совершавших настоящие подвиги.

Вот стоит перед ним в непрезентабельном виде, в поношенной морской форме, без нашивок, русский человек, а для страны он сделал много полезного. И Родина хоть бы отметила, медальку какую завалященькую дала бы – она ведь на таких держится.

Но в памяти Тихона еще заноза была – коньяк, к которому лимона для закуски не было.

– Можно еще вопрос, Матвей?

– Валяй! После того, что я тебе рассказал, «вышку» я уже по-любому заработал.

Спросил и сразу увидел, как в глазах этого мужественного человека появился страх.

– Об этом никто не знает, даже в НКВД. Или ты оттуда?

– Не к столу будь сказано! Помяни черта всуе, он и появится.

– Ладно, дворянин. Род мой еще с Петровских времен идет. Отец успел на последний пароход из Новороссийска, я же в Пе… Ленинграде остался.

– К коньяку лимона захотелось – или шоколада. Замашки голубых кровей. А не оказалось.

– Надо же! Ты очень наблюдателен, летчик! Учту! Стоп! А если ты сам пролетарий, откуда тебе это знать? Или ты из наших?

– Не сподобилась далекая родня в люди выбиться. Просто… – Тихон замялся, – в обществе приходилось вращаться, верхушек нахватался.

Матвей разлил самогон по стаканам.

– Давай за победу! Искренне хочу, чтобы Гитлеру шею свернули.

Выпили, закусили, и Матвей, пристально глядя на Тихона, спросил:

– Ты знаешь, летчик, чем отличается мудрый человек от умного?

– Нет! Умный найдет выход из сложной ситуации, а мудрый ее избежит.

– Никогда представить себе не мог, что увижу живого дворянина.

Больше чреватых разговоров они не заводили, как будто договорились.

Тихон решил размяться. Дождь уже прекратился, воздух холодный, ветер порывами. Но он ведь не променад сделать вышел, а экипаж проверить – как-то они себя ведут? У всех личное оружие, напьются – как бы чего не вышло. А ответ держать командиру, то есть ему.

В какую бы избу Тихон ни заходил, везде он видел застолье. При нормальной погоде рыбакам не до веселья, выспаться бы успеть, обсохнуть да отогреться. А сейчас в море нельзя, да еще и гости.