– Может быть, – ответил старшина и, привстав на локте, тоже стал всматриваться в крестики на небе.
– Хотя нет. Ошибся, – приглядевшись, со вздохом сказал я.
– В смысле? – не понял Кириллов.
– Это сборная солянка. Ведущий – хороший пилот, видно, как он маневрирует, а вот ведомые – желторотые птенцы. Или из училища, или с другой части. Постоянно теряют ведущего, нет опыта совместного полета.
– Действительно, один ведомый отлетел в сторону, – раздался за спиной голос майора.
– «Мессеры» со стороны солнца на них заходят… – сказал я, указав в нужную сторону.
Все смотрели на наши истребители и как-то прозевали немцев.
– Их всего двое, ну сейчас наши им покажут, – радостно воскликнул Иванов, хлопнув себя по ноге от переизбытка чувств.
Поглядев на него как на несмышленое дитя, я стал монотонно перечислять, что сейчас произойдет. Каждое движение наших и немцев было передо мной как открытая книга:
– Судя по тому, как действуют немцы, слетанность пары у них на очень высоком уровне.
Такое постигается месяцами усиленных тренировок…
– Да ладно! Сейчас наши их… – перебил меня рябой боец, глядя на небо блестевшими от предвкушения глазами.
– У наших шансов нет! – коротко проинформировал я их. – Сейчас немцы атакуют сверху и собьют ведущий бомбовоз… Ну вот, он падает… Вот сейчас они атакуют «ишачки». СБ от них никуда не денутся, а вот избавляться от помех они станут сразу. Судя по тому, как они атакуют, немцы уже поняли уровень подготовки и собьют самого слабого – это левый ведомый… Падает.
Вот они уходят в пике и вверх. Сейчас наберут высоту и снова атакуют, уже сверху.
– Слушай, да замолчи ты!!! И так двух наших сбили! – не выдержал сержант Иванов. Майор Тонин молчал, но бросил на меня какой-то странный взгляд.
– Сейчас собьют второго ведомого и займутся ведущим, но и он долго не продержится. Потом они погонятся за остальными бомберами, – тихо сказал я.
Бросив на меня быстрый взгляд, майор стал смотреть в небо. Я тоже смотрел. Меня интересовало, как действовали немцы в боевой ситуации: все-таки одно дело – смотреть на это в старинных кинохрониках и читать мемуары и совсем другое – смотреть живьем.
Бойцы стонали и шевелили руками, как будто это они там, в кабине последнего истребителя, дерутся с немцами, но бой не продолжался долго. Как я и говорил, сбив «ишачок» ведущего, «гансы» немедленно бросились за бомбовозами, оставив летчика опускаться на парашюте немного в стороне от нас.
