Правда, быстро почистить не получилось, опыта не было. Когда нарезанные куски упали на раскаленный кусок металла и зашкворчали, по пляжу разнесся восхитительный аромат жареной рыбы.
– Вкусно, – облизывая руки от рыбьего жира, произнес Никифоров.
– Точно, очень вкусно. Спасибо, Сев, жаль только соли нет.
– Будет соль, я там, в распадке, белесый налет на камнях видел, видимо, это каменная соль. Сейчас стемнело уже, а завтра с утречка и попробую наковырять, – ответил я.
Спать мы ложились более или менее сытыми.
Рыба хоть и была крупная, но для трех голодных мужиков едва хватило. Ничего, опыта хоть капельку, да набрался, завтра попробую наловить побольше. Зря, что ли, рыбьи внутренности не выбросил, будут приманкой.
– Спокойной ночи, парни.
– Спокойной ночи, – ответили они хором.
Следующий день начался с подозрительного шума в глубине леса, разбудившего нас.
– Что это было? – спросил Никифоров, видимо, он проснулся раньше и просто лежал.
– Не знаю, кто-то в кустах возится. Слышите? – спросил Гриша.
Я же, разворошив угли и подложив высохшей травы, стал раздувать огонь. Как только костерок снова задымил, подбросил сперва тонких веток, потом уже и побольше. Все они были сухими, поэтому дыма особо не было, так, тонкая, едва заметная струйка.
– Пойду, посмотрю, – сказал я, подхватив острогу, осторожно углубился в лес и почти тут же выскочил обратно.
– Кто там? – почти хором тихо спросили остальные островитяне.
– Не знаю, колючки там. Сейчас оденусь, – так же тихо ответил я. Войти в лес в одних трусах было не совсем умным поступком, быстро одевшись, я снова подхватил острогу и углубился в заросли леса.
Шум раздавался дальше, осторожно шагая и поглядывая под ноги, чтобы внезапно не хрустнуло что-нибудь под ногой, вышел к зарослям бамбука, окружавшим маленькое озеро. Шум к этому времени уже стих, но я уже видел источник.
– Мрак, где мы ночевали? – тихо пробормотал я себе под нос."
"На мятых стеблях бамбука, на крохотной вытоптанной поляне, огромный удав сжимал своими кольцами небольшого подсвинка.
В тот момент, когда я подошел, послышался треск ломающихся костей. Подсвинок, несколько раз дернувшись, затих.
Сам не ожидая от себя таких действий, ох как змей не люблю, я подскочил, пока они были в связке, и загнал острогу удаву под основание черепа, тут же отскочив назад.
Думаю, я что-то повредил, потому как удав, забившись кольцами, – тушка свиньи отлетела в сторону – стал крутиться по земле, сломав оставшуюся в теле острогу.
