Помахав парням из патруля, мы проехали мимо полуторки и попылили дальше.
Примерно через пару километров впереди я увидел просвет.
– Останови, посмотрю что там творится, – приказал я и, выпрыгнув из остановившейся машины крикнул в кузов:
– Можно оправиться.
И тревожно прислушался, где-то рядом явно работала авиация, были отчетливо слышны разрывы бомб и треск авиационных пулеметов.
– «Штуки» работают, – пробормотал я. После чего широким шагом направился к опушке.
На опушку я вышел осторожно. В двух километрах от леса шла рокадная дорога забитая техникой, беженцами, и скотиной которую гнали на восток.
И вот на эту забитую дорогу выстроившись в полукруг, и пикировали «юнкерсы». Работали они пулеметами, было видно что бомбы уже использованы, и они добивали боезапас.
– Наши, – сказал кто-то срывающимся голосом. Обернувшись, я рядом увидел всех сержантов, которые широко открыв глаза, смотрели на побоище впереди.
Сержант Лапоть не ошибся, над видневшимся вдалеке городом, появились пять точек, которые оказались истребителями-бипланами.
– У них скорость почти одинаковая, разницы в сотню не будет. Не догонят, – хмуро сказал я.
– Как же так? По людям, по скотине… А товарищ старший сержант? Зачем? – срывающимся голосом спросил Морюхов.
– Смотри сержант. Смотри на настоящую натуру немцев. Видишь какие они рабочие-пролетариаты? Запомните все, немцев бить надо! Бить! Пока они руки не успели поднять! Ясно… Общечеловеки, б.я! – добавил я вспомнив свое время.
Меня самого воротило от того что натворили немецкие летчики.
Воинской техники на дороге фактически не было, в – основном сельского хозяйства да беженцы, и по ним они нанесли бомбо-штурмовой удар как будто это полноценно подразделение Красной Армии.
– Твари! – сплюнул я.
– Товарищ старший сержант… а что делать? Может помочь?
– Для этого есть люди. Возвращаемся к машине… Не понял! Бойцы, кругом! К машине шагом марш!
Следуя за печатавшими шаг сержантами, я постоянно оборачивался на удаляющуюся опушку.
«Юнкерсы» уже закончили, и не обращая внимание на форсаж движков «чаек», выстроились в боевой порядок и направились на свой аэродром. «Чайки» так и не догнав немцев беспомощно закружили над дорогой, после чего потянулись обратно.
– Что там товарищ старший сержант? – спросил Малютов.
– Бойня там. Топорик давай, будем машину маскировать. Булочкин в охранение, остальным маскировать машину.
Когда мы выехали в поле, то были похожи на двигавшийся большой куст.
