"
"Коснувшись верхушки первой волны, я врезался поплавком во вторую, и затормозил о пятую, покачиваясь на крупной волне.
«Разящий» сделал широкий полукруг вокруг самолета и, сбавив ход, стал готовить к спуску шлюпку с матросами.
Отстегнув ремни, я вытер мокрое лицо и выбрался наружу, одновременно помахав стоявшим у рубки офицерам, что наблюдали за мной в бинокли. Расстояние до эсминца было всего метров триста, так что опознание прошло фактически мгновенно.
Загудев двигателями эсминец приблизился, догнав негромко урчавшую мотором лодку в которой было с десяток моряков.
– Товарищ подполковник? – опознал меня сидевший на корме шлюпки молодой офицер. Я его сразу узнал по рыжим вихрам, это был старший лейтенант Ветров, он был командир БЧ-3 на эсминце. Тот еще гуляка, во время перехода через Панамский пролив он на спор загарпунил акулу.
– Он самый, лейтенант. Наши все на корабле? – спросил я, имея ввиду своих музыкантов.
– Так точно, товарищ подполковник. Мы думали, вас только вечером найдем.
– Вы одни? – первым делом спросил я.
– Сюда направляется эскадра под командованием адмирала Октябрьского. Они в трех днях пути.
– Отлично, – обрадовался я, и тут же стал командовать: – Меня на эсминец. Самолёт поднять на палубу и разобрав убрать в трюм. Потом отправим его под Москву, в Центр боевой летной подготовки как наглядное пособие. Вы до Австралии не успели дойти?
– Никак нет, товарищ подполковник, – ответил лейтенант, наблюдая, как моряки помогают мне попасть в лодку.
– Отлично. Давай на эсминец… И еще лейтенант, у немцев тут недалеко секретная база, там у них самолеты в виде тарелок, если увидите не пугайтесь, а стреляйте наверняка.
– Ясно, товарищ подполковник, – серьезно кивнул Ветров: – Союзники что-то трепали про подобное в Перл-Харборе, но мы думали байки.
– Я с этими байками чуть не схлестнулся, ладно их отозвали, – буркнул я.
В это время шлюпка вернулась к эсминцу, и через веревочный трап я оказался на борту.
Черт возьми, как хорошо-то оказаться среди родных, и хоть немного знакомых лиц.
Меня почти мгновенно окружила толпа, как моряков, так и моих музыкантов. Крепко обняв ближайшего моряка, могу ошибиться, но вроде это был боцман и, не обращая внимания на похлопывание по плечам и радостные возгласы, я нашел глазами командира «Разящего» и взмахом руки призвав к тишине, скомандовал:
– Срочное собрание офицеров, нужно кое-что обсудить. Думаю, скоро нам придётся вступить в бой. Примите к сведенью, что у противника есть авиация.
