Вздохнув, майор лег на нары, и прикрыл глаза. Он был старым битым офицером и знал, что такие происшествия с кондачка не решаются, несмотря на то, что трибунал приговорил его к расстрелу.
В это время послышался звук поворачиваемого ключа и с пронзительным скрипом дверь карцера отворилась. Почти сразу внутрь заглянул один из охранников.
– Заходи, – приказал он кому-то.
Прищурив глаза, от бывшего из коридора яркого электрического света майор смог только рассмотреть незнакомый силуэт с костылем в руке. Судя по пинку, которым наградили нового сидельца, популярностью он среди немецких солдат не пользовался.
– Ублюдки, – хоть и невнятно, но майор смог распознать язык.
– Вы русский? – спросил он по-русски, как только дверь закрылась.
Борт лидера эскадренных миноносцев «Разящий». Полночь.
После организованной моряками баньки, вот ведь, везде с удобствами устроятся, я надел свою форму подполковника со всеми наградами и направился в кают-компанию. Судя по пустой палубе, шлюпки вернулись и вторая часть десанта уже ушла к острову.
Поправив мундир, я только порадовался, что он был в багаже не в потерпевшем крушение самолете, а сопровождающем мое турне эсминце.
Лидер был довольно большой, экипаж за триста человек, так что нехватка матросов пока не сказалась. Остальные моряки несли вахту по второму варианту, то есть в полубоевой готовности. Готовые при первом же сигнале тревоги занять свои боевые места. Посты сигнальщиков были усилены. Десяток глаз наблюдали за морем.
– Самое тяжёлое в нашей службе – это ждать, – негромко сказал я, входя в кают-компанию.
Практически все офицеры, что не спали, находились здесь. Штурмана что-то высчитывали в ярко освещённом углу. Капитан «Разящего» и два командира БЧ задумчиво рассматривали мой рисунок, мысленно представляя, что сейчас делает десант.
Приметив в углу старую, можно сказать боевую гитару, я подошел и, подхватив ее, сделал перебор.
Подойдя к диванчику, присел и, откинувшись на спинку, взял первые аккорды.
Думаю сейчас, как нельзя вовремя спеть что-нибудь весело-боевое чтобы развеять давящую атмосферу ожидания:
Я моряк, красивый сам собою,
Мне от роду двадцать лет,
Полюбил девицу всей душою,
Без любви веселья нет."
"По морям, по волнам,
Нынче здесь, завтра там.
По морям, морям, морям, морям, эх,
Нынче здесь, а завтра там.
По морям, по волнам,
Нынче здесь, завтра там,
По морям, морям, морям, морям, эх,
Нынче здесь, а завтра там…
(Бутусов Вячеслав).
