Исцеление любовью

Она звучит, как река, полная дикого сладкого меда. От красоты пахнет розмарином, на вкус она как нектар. Красота даже чихает красиво.

Иззи улыбнулась. Прекрасная улыбка. Как ей вообще пришло в голову сомневаться в том, что она сводит его с ума?

– Вот какая ты дурнушка. – Он провел ладонью по ее груди, одновременно расстегивая брюки другой рукой. – Вот насколько непривлекательной ты кажешься мне.

Времени на прелюдии и ласки уже не осталось.

Он пробрался под ее юбки и обнаружил, что она ждет его с тем же нетерпением, с каким он стремится к ней.

Подхватив под ягодицы, он приподнял ее над полом и прислонил к стене. Иззи обняла руками его шею, а ногами – талию.

Произносить эти слова, в которых ему отказали так надолго и давно, что они утратили для него всякий смысл, было на удивление приятно.

– Я люблю тебя, Иззи. – Он проникал решительно и глубоко, с каждым ударом бедер продвигаясь еще дальше. – Я люблю тебя. Тебя. Прекрасную… соблазнительную… умную… прелестную… тебя.

Он погрузился в нее до самого основания и замер, прижав к стене.

Оба тяжело дышали. Ее бедра подрагивали. Стать еще ближе было просто невозможно. Он обнимал ее так, как только мог, проник глубоко, как никогда.

Но достаточно ли этого? Сумел ли он коснуться ее души?

Он должен был это узнать.

Закрыв глаза, он прижался лбом к ее шее, сладко пахнущей пудрой. Давно знакомый голос предательски подстерег его и загрохотал в ушах: «Ты этого недостоин. Ты недостоин ее».

И все-таки он отважился.

Он выговорил слова, которые дались ему труднее, чем любые другие.

Он произнес их хриплым, еле слышным шепотом. Но Иззи поняла, каких трудов это стоило ему.

– Да. – Она прижалась к нему, словно боясь, что ее унесет волной нежности, поцеловав в лоб и в щеку. – О, Рэнсом, я люблю тебя. Люблю.

С прерывистым вздохом он вышел из нее почти полностью и снова вонзился по самое основание.

– Я люблю тебя. Я люблю тебя.

Она могла бы повторить эти слова сто раз. И удерживать его в себе столько, сколько он пожелает. Но времени у них не было. Он задвигался резко и быстро, доводя их обоих до ошеломляющей и безмолвной кульминации.

Иззи вцепилась зубами в свою руку, чтобы не закричать во весь голос.

Наконец он вышел из нее и опустил ее на пол. Но продолжал обнимать ее. Пока не выровнялось дыхание.

– Мне было так это нужно, – признался он. – Ты даже не представляешь насколько.

– Не только тебе – нам обоим, – улыбнулась она.

Он оправил ее юбки, попытался пригладить замявшиеся складки, застегнул пуговицы на брюках.