Исцеление любовью

А ведь и вправду скоро ночь. При этой мысли желудок Иззи скрутило узлом.

– Насколько я понимаю, комнатой вы довольны. – Он прислонился плечом к дверному косяку.

– Довольна? Не то слово.

Скорее шокирована. Думая о том, что ей придется провести здесь ночь, Иззи почувствовала, как сжимаются ее внутренности.

Но она не подала и виду, понимая, чего добивается герцог. Он рассчитывает, что она сбежит.

Значит, на сегодняшнюю ночь ее пристанищем станет эта ужасная комната.

Иззи изобразила воодушевление, которого не ощущала:

– Немного труда и фантазии – и эта спальня станет очаровательной.

Такие величественные пропорции! Достаточно лишь заменить матрас и драпировки. – Она подошла к окнам. – А какой отсюда открывается вид на закат!

– Для тех, кто способен его увидеть.

Иззи поморщилась, сожалея о своем бездумном замечании.

– Могу описать его вам.

– Не трудитесь. Я повидал достаточно закатов.

– А сегодняшнего не видели.

Из окна открывался изумительный вид, от которого захватывало дух.

Кучевые сероватые облака в небе соседствовали с мазками насыщенного лазурного и розовато-оранжевого цветов. Очертания стен замка проступали сквозь романтическую вечернюю дымку, наплывающую со стороны моря.

– Солнце садится за башней. Нет, «садится» – не то слово. Слишком уж мирно оно звучит. На этот раз солнце проигрывает битву. Подобно окровавленному воину, исчезает в челюстях гигантского каменного чудовища.

Тяжелые шаги прозвучали в комнате и смолкли за ее спиной.

– Почти. Еще одна, последняя золотистая вспышка над самым горизонтом, и… – Иззи перевела дыхание. – Все. Оно исчезло.

– В этом замке действует одно правило насчет закатов, мисс Гуднайт.

– Да. – Он повернул ее лицом к себе. – И мужчина с женщиной, стоящие на этом самом месте, вынуждены соблюдать его. Выбора у них нет. Им остается лишь одно…

Ее сердце сбилось с ритма. Неужели он намекает на…

Герцог опустил голову и понизил голос до обольстительного шепота:

Иззи все еще растерянно моргала, когда странный звук отвлек ее.

Казалось, мокрое белье, развешанное на многочисленных веревках, захлопало на сильном ветру.

Иззи обернулась к кровати.

У нее на глазах огромный балдахин словно начал оживать. Сначала он задрожал, потом пошел волнами, превратился в серебристый плащ, подхваченный ветром.

И вдруг этот плащ распался на множество частиц, движущихся одна за другой.

– О нет! – Иззи замерла на месте. – Неужели это?..