Исцеление любовью

Рэнсом надеялся, что на этот раз она встревожится по-настоящему. Потому что и сам был охвачен тревогой. Его потребность усиливалась, приближалась к точке перелома, а переломов ему и без того хватало.

Но гораздо страшнее было другое.

То, что ему совсем не хотелось отпускать ее.

Все годы, пока Рэнсом проводил ночи в постели с женщинами, он строго следил за тем, чтобы никогда не просыпаться рядом с ними по утрам. А теперь каждое утро просыпался рядом с этой женщиной – странной, чудаковатой, обольстительной, – хотя до сих пор так и не затащил ее в постель.

Это было недопустимо. Несправедливо. И очень тревожило его. Потому что он начинал привыкать к Иззи.

Черт возьми, она начинала ему нравиться. Было так просто сидеть вместе с ней в окружении запаха чая и утреннего тумана. Одной рукой обнимать ее за талию, другой ласкать…

Каким-то образом он незаметно для себя накрутил ее локон себе на палец и стал поглаживать его. Но как это случилось – хоть убейте, он не помнил.

До чего он докатился! Женщина сидела у него на коленях, он строго выговаривал ей, и уже через десять секунд расчувствовался настолько, что принялся навивать на палец ее локон!

Поведение, недостойное герцога.

Он попытался как ни в чем не бывало вызволить палец из затруднительного положения, но пружинистая спираль слишком туго обвила его. Завиток мертвой хваткой сжал сустав пальца.

Рэнсом предпринял еще одну попытку, дернул посильнее. В нем начинала нарастать паника.

Господи, ему не вырваться.

– Подождите, – шепнула она, жестом веля ему умолкнуть. – Слышите?

Он много чего слышал. Пожалуй, даже слишком много.

– Как будто земля дрожит.

А-а, это. Да, теперь и он чувствовал дрожь, передающуюся через ступни. Земля действительно дрожала. Кто-то приближался к замку со стороны дороги.

И не в одиночку, а в большой компании.

Рэнсом различил не только топот копыт, но и постукивание колес повозки.

Закрыв глаза, он быстро воскресил в памяти недавнюю военную историю Англии. Датчане, Наполеон, американцы… насколько он знал, все эти конфликты уже улажены.

– В последние семь месяцев Англия не вступала ни в какие войны?

– Насколько мне известно, нет, – ответила Иззи. – А что?

А то, что к этому моменту дрожь стала настолько отчетливой, что Рэнсом был готов поверить: замок осадил неприятель.

Иззи вцепилась ему в руку.

– Или я схожу с ума, или… – Он напряг слух. – Что это было – труба?

– Именно, – ахнула она.