Исцеление любовью

Во всеуслышание отозваться о недостатках ее воспитания, умно пошутить о том, что он спасся чудом… А в следующем светском сезоне найти себе новую невесту. Но ему не позволила гордость. В ярости он кинулся в погоню.

– Без своего преданного и надежного камердинера?

Дункан досадливо вздохнул.

– Динкинс последовал за ним в экипаже. И, к сожалению, отстал от хозяина на целый день пути. Потому и не успел предотвратить трагедию.

Иззи прикусила губу и внутренне сжалась.

– Герцог упал с лошади?

– О нет. Милях в двадцати к югу от шотландской границы Мотфейри настиг свою бывшую невесту и ее возлюбленного на постоялом дворе.

Вспыхнула ссора, противники обнажили оружие…

Иззи поморщилась, словно своей кожей ощутив жжение шрама, рассекающего лицо Рэнсома.

– Остальное нетрудно себе представить.

– Вам придется положиться на свое воображение, так как я не могу рассказать в точности, что произошло. Меня там не было. – Дункан перестал делать вид, будто бы рассказывает сказку. Он положил ладони на стол.

 – К тому времени, как я нашел его, он провел две ночи в чулане на том треклятом постоялом дворе. Никто не удосужился позвать к нему врача. Хозяин постоялого двора просто ждал, когда он умрет. Мне самому пришлось зашивать рану.

– Невероятно… – откликнулась Иззи. – А его бывшая невеста?

– Снова исчезла. Вертихвостка. – Он покачал головой. – Везти его обратно в Лондон было слишком рискованно, и я привез его сюда. С тех пор прошло больше семи месяцев. Он отказывается уезжать отсюда.

Не дает мне даже исполнять мои обязанности камердинера. Мне стыдно за его внешний вид.

Иззи уклончиво заметила:

– Я бы так не сказала.

Неухоженность герцога ей даже нравилась. И дюжина восторженно ахающих фрейлин подтвердила ее правоту.

– Он наотрез отказывается надевать шейный платок. Какой стыд!

– Действительно, – кивнула Иззи. С этим замечанием она могла согласиться: расстегнутые воротники рубашек герцога вызывали у нее постыдные мысли.

Дункан отставил утюг и расправил в руках отчищенную шаль, придирчиво разглядывая ее.

– Благодаря этой задаче я еще день пробуду в здравом рассудке, – объявил он. – Спасибо вам. Вы не представляете себе, как это невыносимо – посвятить всего себя одному делу, а потом вопреки своей воле отказаться от него.

Иззи не ответила. Однако чувства камердинера она понимала лучше, чем он мог себе представить. Со смертью отца пришел конец и ее работе.

Аккуратно свернув шаль, Дункан протянул ее Иззи.