Исцеление любовью

И как бы крепко она ни закалывала их, темные тяжелые кудри выбивались во все стороны, как щупальца.

Мало того, это был чарующий, на удивление эротичный осьминог. Рэнсом задумался: видимо, так и зарождается фетишизм.

– Вы избегаете меня, Гуднайт.

Она подняла голову, отвлекшись от работы.

– Ваша светлость, мое присутствие сейчас в этой комнате и даже сам разговор, который мы ведем, говорят об обратном.

– Это не значит, что я вас виню. – Герцог поудобнее улегся на диване, подсунув под голову руки с переплетенными пальцами.

 – Если бы это было физически возможно, я сам тоже избегал бы себя.

Она взяла очередной конверт и резким движением провела под печатью ножом для писем.

– Я вовсе не избегаю вас, ваша светлость. Не понимаю, что вы имеете в виду.

Маленькая лгунья. Она прекрасно поняла его.

С самого дня вторжения оравы болванов в доспехах и ошеломляющих, хоть и кратких объятий в павильоне, Рэнсом заметил явную перемену в поведении Иззи Гуднайт.

Принимать неожиданных гостей им больше не приходилось, и хотя по ночам Рэнсом подолгу блуждал по замку, с Иззи он больше ни разу не встретился.

Когда он просыпался, она неизменно ждала неподалеку, но больше не заводила нелепых разговоров о крысах размером со слона и слонах размером с крысу.

И как это ни странно, Рэнсом замечал, что скучает по ним.

А может, он просто скучал по ней.

– У меня вопрос, – объявил он, перебив Иззи, которая как раз читала вслух деловое письмо с оценкой новых планов финансирования строительства паровых двигателей. – В Мерлинии есть драконы?

– Если и есть, какая вам разница? – настороженно уточнила она.

– Просто хотел узнать, чего еще мне ожидать, только и всего. Может, однажды утром сюда пригонят стадо единорогов. Или тролли поселятся у меня под мостом.

– Нет. Нет, ваша светлость. Не будет ни драконов, ни единорогов, ни троллей.

– Вот и славно, – заключил он. Но не успела Иззи прочитать следующий абзац, как он снова прервал ее: – Нет вестей от лорда Пингвина?

– Ничего такого, что могло бы вас заинтересовать.

 – Иззи раздраженно хлопнула ладонью по столу. – Ваша светлость, вы наняли меня, чтобы я читала ваши письма. А не обсуждала с вами мои.

Он вскинул руки, показывая, что сдается.

Рэнсом отчетливо видел, что происходит: она отгораживалась от него стеной. Значит, она неглупая и благоразумная женщина. И потому особенно притягательная. Черт бы ее побрал.

– Простите, я не хотела вам грубить, – продолжала она. – Дело в том, что… сказки моего отца я обсуждаю со всеми.