И ее защитная броня тут же дала трещину — в темных глазах Габриеля таилась нежность.
Черт возьми! Ей не нужна его жалость!
Она хочет его любви. Она хотела этого пять лет назад. А теперь хочет еще больше. Но если она не может получить его любовь, то жалость ей точно не нужна!
Она распрямила спину и с вызовом выдвинула вперед подбородок.
— Продолжай! — сдержанно сказала она.
Габриель несколько секунд пристально смотрел на нее, потом склонил голову и сказал:
— Сначала я тебе расскажу, куда отправился после того, как мы вчера расстались…
— Но ты же хотел поговорить о том, что случилось пять лет назад! — перебила его Белла.
Она с огромным трудом взяла себя в руки, усмирила бушевавшие эмоции и теперь хотела быстрее пройти через пытку этого разговора.
Габриель тяжело вздохнул и продолжил:
— Видишь ли, все взаимосвязано. Посиди со мной рядом, Белла! — попросил он, увидев ее побледневшее лицо с глубокими тенями под глазами.
Белла послушно подчинилась его просьбе, и он понял, как тяжело действует на нее его присутствие и весь этот разговор.
Он не хотел причинить ей боль, обидеть сильнее, чем он это уже сделал. Но похоже, уже одним своим присутствием он причиняет ей боль.
Он утомленно потер глаза.
— Я уйду, как только ты меня об этом попросишь, Белла.
Она улыбнулась уголком губ:
— Обещаешь?
— Да, если хочешь, — покорно ответил он. Беллу удивила его необычная покладистость.
— Ты, случайно, не ударялся головой в тот промежуток времени, что я не видела тебя? — потупилась она.
Однако Габриеля не обманула ее деланая беззаботность: ее взгляд излучал тревогу, а губы напряженно кривились.
Его собственное спокойствие также было обманчиво.
Щека со шрамом подергивалась.
— Белла, когда мы жили на острове, ты спросила, что случилось пять лет назад, когда произошла автокатастрофа и погибли два пилота «Формулы-1». Ты по-прежнему хочешь знать ответ?
— Да, конечно!
— И ты поверишь, что я говорю правду?
— Конечно, я поверю тебе, Габриель. — Его сомнения показались ей возмутительными.
— Немедленно после аварии было проведено официальное расследование. Криминалисты классифицировали катастрофу как несчастный случай. Но я знал… всегда знал, что виноват в случившемся Пауло Дескари, а не я. По его вине три машины были разбиты всмятку.
— Но… — Белле не хватало воздуха, — он сделал это умышленно?
— Думаю, да, — безжизненным голосом ответил Габриель.
Белла взглянула на него, ее лицо ничего не выражало.
