Нового ученика выбирали только из тех, кто прошел весь путь с Учителем, начиная от крещения у Иоанна и кончая вознесением Христа. Кандидаты должны были быть и свидетелями воскресения Иисуса (Деян. 1: 21–22). Как выяснилось, таких оказалось всего двое: Иосиф, называемый Варсавою (он же прозван Иустом), и Матфий. «И бросили о них жребий, и выпал жребий Матфию, и он сопричислен к одиннадцати Апостолам» (Деян. 1: 26).
«Смятение от языков»
«Деяния» повествуют о «смятении от языков», когда последователи Иисуса вдруг заговорили на разных языках, которых они прежде не знали.
Это случилось в Пятидесятницу (Шавуот), еврейский праздник, посвященный получению Торы на горе Синай. Именно тогда ученики Христа впервые сели за праздничную трапезу без своего Учителя. «И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились; и явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святого и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещавать» (Деян.
2: 2–4). Петр объяснил это чудо действием Святого Духа, посланного им Христом (Деян. 2: 33).
Акцент на этом эпизоде сделан не случайно. Апостолы нарождавшегося христианства, а автор «Деяний» – Лука был одним из них, нуждались в обосновании необходимости проповеди о Христе не только и даже не столько среди иудеев, сколько среди язычников. Сценой «смятения от языков» Лука дал знать своим читателям, что Сам Иисус послал обещанного Утешителя – Святого Духа, чтобы подтолкнуть Своих учеников к проповеди нового учения среди различных народов.
Этот эпизод означал легитимизацию и освящение идеи Павла о важности миссионерства именно среди язычников. Правда, Лука не мог быть свидетелем этого события и писал о нем лишь спустя полвека, когда немногие оставшиеся в живых очевидцы той Пятидесятницы были уже в столь преклонном возрасте, что их воспоминания могли носить очень смутный и противоречивый характер. Нужно заметить, что идея проповеди о Христе среди язычников возникла не у учеников Иисуса, а у образованных евреев диаспоры, таких как Павел, Варнава, Сила, Марк, и появилась эта мысль не раньше конца 40-х гг.
, лишь после первой миссионерской поездки апостола Павла. В 27–29 гг., когда впервые отмечалась Пятидесятница без Христа, подобная идея еще родиться никак не могла, ибо ученики и последователи Иисуса видели свою главную задачу в проповеди о Мессии среди собственного, иудейского народа. Зато в 60—90-е гг.
