Иудея Христа. Рождение новой веры

Те из иудеев, кто действительно был недоволен призывами Павла отказаться от всего национального и религиозного наследия, пытались лишь возражать ему, а ведь эллины-язычники готовы были убить апостола и за гораздо меньшее, как это показал мятеж Димитрия в Эфесе.

Для Павла не имело значения, где родился Иисус: в Вифлееме или Назарете, и родился ли Он от Духа Святого или от обычного человека. Главным для него было то, что Иисус имел в себе Духа Святого и был «образом Бога невидимого» (2 Кор. 4: 4). Более того, центральным пунктом своей проповеди Павел сделал не столько учение Христа, сколько факт его воскресения.

«Если Христос не воскрес, – писал Павел в первом послании к коринфянам, – то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша» (1 Кор. 15: 14). В другом послании, к римлянам, Павел подчеркивал: «Если же Дух Того, кто воскресил из мертвых Иисуса, живет в вас, то Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши смертные тела Духом Своим, живущим в вас» (Рим. 8: 11)

Павел считал, что дух человека находит удовольствие в законах Божиих.

«Но в членах моих, – сокрушался апостол, – вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих… Я умом (моим) служу закону Божию, а плотию закону греха» (Рим. 7: 22–23, 25). Согласно Павлу, тело человека подчиняется законам материального мира, где, пусть ограниченно, но властвует «князь» этого, земного мира, а дух стремится жить по законам другого, Божьего мира, что создает непримиримое противоречие внутри каждого из нас. «Бедный я человек! – восклицает апостол, – кто избавит меня от сего тела смерти?» (Рим. 7: 24).

Таким образом, Павел, будучи уверен в скором конце света, не знал ни его времени, ни его признаков, но этого же не знали и ученики Христа. Впрочем, что говорить об апостолах, если сам Иисус признавался, что время конца нашего мира знает только Отец, и даже Ему, Сыну Человеческому, это неведомо.

Что ждет человека после смерти? Павел был уверен, что те, кто живут по духу, а не по плоти, не умрут, а лишь изменят форму своего существования – с материальной на нематериальную.

«Плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, – объяснял апостол коринфянам, – и тление не наследует нетления… Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся… ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему – облечься в бессмертие» (1 Кор. 15: 50–51, 53).