Юнкер

«Астон Мартин» Гижицкой стоял чуть дальше по улице на обочине и тускло поблескивал фарами в свете фонарей, словно приглашая прокатиться. Но я бы не стал — даже останься каким-то чудом у меня ключи. Обстановке не то, что располагала — настойчиво требовала прогуляться пешком. Спокойно, не торопясь. Сначала до Невского, свернуть налево, перейти улицу…

Но стоило мне сделать буквально пару шагов, как дорогу мне перегородила огромная темная фигура. Я не заметил соглядатая в утреннем полумраке — он то ли удачно укрылся в тени здания, то ли прятался под каким-то хитрым маскировочным заклятьем.

Без лишних раздумий я выставил Щит и тут же сложил пальцы на свободной руке, заряжая Серп. Не медлительного Горыныча или сравнительно безобидную Булаву, а полноценное боевое заклятье. Чтобы ударить без всяких там предупредительных «выстрелов в воздух».

Но драться не пришлось.

— Тихо, тихо, Сашка! Свои…

Андрей Георгиевич отступил на шаг, выставляя вперед ладони. Я вдруг подумал, что не стоило ему выпрыгивать на меня вот так, без предупреждения.

От неожиданности я вполне мог ударить бы ударить со всей силы.

И пробить защиту Одаренного пятого магического класса… Да, пожалуй, теперь — пробил бы.

— Пришибешь еще ненароком старого. — Андрей Георгиевич нервно усмехнулся и шагнул мне навстречу. — Ты как, закончил… свои дела?

— Вы что, за мной следили? — проворчал я.

— Мне не нужно ходить за тобой по пятам, чтобы знать, где ты. Но знать при этом — положено. Сам понимаешь.

— Понимаю, — вздохнул я.

В общем-то — ничего удивительного.

На мне целая гирлянда плетений до второго класса включительно. Наверняка парочка из них завязаны на слежку… Остается только надеяться, что мои похождения хотя бы не транслируются деду прямо в голову.

— Меня не интересует, чем ты там занимаешься ночью под одеялом… Ну, или без одеяла — не знаю, как теперь принято у молодежи. — Андрей Георгиевич будто прочитал мои мысли. — Но теперь вот ты срочно понадобился. Дела, так сказать, семейные.

Старый безопасник все еще улыбался, но в его единственном глазу веселья уже не осталось ни капли.

И я понял, что случилось что-то важное. Может, и не смертельное, не катастрофического масштаба — но уж точно не радостное.

— Поехали, Сашка. — Андрей Георгиевич указал на припаркованную в полусотне метров «Волгу». — Покажу тебе кое-что.

От его слов… нет, скорее даже от тона, которыми они были произнесены, я тут же внутренне напрягся и подобрался, словно ожидая каких-то неприятностей прямо сейчас.