Юнкер

Незнакомый мне худощавый мужчина средних лет склонился над столом и что-то говорил — наверняка шепотом, чтобы никто не услышал. Потянувшись к нему Даром — я не почувствовал ни малейшего отклика. Простолюдин… или наоборот — аристократ такого класса, что без труда мог спрятать силу и от меня, и от Андрея Георгиевича с его пятым магическим.

Нет, скорее — первое. Могучий Одаренный наверняка бы уже сам засек нас обоих — да и выглядел бы, пожалуй, по-другому. Что-то в Мишином собеседнике сразу выдавало мелкую сошку — посыльного, поверенного, какого-нибудь второсортного адвоката или чиновника.

Или вовсе курьера — судя по тому, как он бегал глазками по сторонам, жался и вымученно улыбался, явно побаиваясь родовитого аристократа.

Неудивительно, что их встреча оказалась недолгой: незнакомец забрал у Миши чемодан, поклонился, неловко набросил на плечи плащ из видавшей виды кожи, попятился к выходу… снова поклонился — и буквально выбежал наружу.

Андрей Георгиевич коснулся кончиком пальца перстня на левой руке, и я почувствовал вспышку магии.

Крохотный импульс — настолько незначительный, что я вряд ли вообще заметил бы его снаружи. Все излишки энергии от работы заковыристого заклятья поглотил металл «Волги» — но до адресаты послание, похоже, получили.

— Он не уйдет далеко. — Андрей Георгиевич отстегнул ремень. — Ребята уже на подходе. Но Миша…

— Это семейное дело, — кивнул я. — Идемте.

Открывая дверь, я еще не знал — ни что говорить, ни что делать. Но с каждым шагом к неказистой двери в пирожковую внутри крепла уверенность — это моя работа.

Может, Андрей Георгиевич куда сильнее, авторитетнее и опытнее, пусть он даже связан с нашим родом древней клятвой — он не Горчаков. И не ему судить моего брата. Это могу делать только я… или дед.

Когда я толкнул дверь, буквы вывески над головой несколько раз мигнули и зажглись тусклым неровным светом. Заведение готовилось открыться и принять первых посетителей — как и полагалось. Начинался новый день.

Но начинался не слишком-то удачно для Миши.

Кажется, он даже не заметил, как мы подошли. Сидел, вцепившись обеими руками в дымящуюся кружку с чаем и смотрел — в нашу сторону, но как будто сквозь, куда-то вдаль. Может быть, принял нас с Андреем Георгиевичем за случайных прохожих, решивших позавтракать местной выпечкой… или вовсе за пустое место. Куда больше, чем реальный мир, Мишу занимали собственные мысли. Судя по выражению лица, он, наконец, понял, что натворил.