Здесь же, в круговерти событий, вовсе про это забыла! Конечно, я не агроном ни разу и даже не дачница, но всё-таки была у меня подружка на агро-факультете, с которой мы ездили несколько раз вместе на практику в агропромышленные комплексы. Так что чисто теоретически кое-какие сведения в моей голове застряли. Вот практических никаких, руки из другого места растут.
Так, журналы тоже в нужную стопку отложу. Последний ящик. В нем лежала одна единственная папка с размашистой надписью ""Сережины прожекты. Блажь и баловство"".
Интересно, что там за прожекты? Хася говорил, что отец настоящей Катерины был инженером, учился за границей. И Верка рассказывала, что некоторые улучшения молодой барин устраивал в доме. Может, там что-то интересное есть? В дверь кабинета постучали и, получив разрешение, внутрь прошмыгнула та самая Лушка, девчонка лет семнадцати на вид, с рыжеватыми растрепанными косицами. За ней тянулись ещё две ее товарки. Тряпки, веники, деревянные шайки были при них. Я коротко обрисовала им фронт работ, собрала все бумаги со стола (деньги я давно убрала в сейф), велела отнести все в мою комнату.
Буду разбираться с бумагами и своими нечаянным запасами из двадцать первого века. Рояль в кустах, как он есть. Всегда сама возмущалась такими ""подарками судьбы"", когда читала про попаданок. А тут нате, пожалуйста!
Глава 10
Оставив девчонок убирать кабинет дочиста, сама прошла вниз, хочу познакомиться с теми слугами, что в доме. Потом доберусь и до дворового люда. Первым мне попался навстречу Трофим. Он старательно полировал тряпицей медные ручки и пластины декоративных накладок на входных дверях.
Я остановилась рядом.
— Здравствуй, Трофим! Скажи, а в какой должности ты в доме, что входит в твои обязанности? Извини, но я жила в городе и мало знаю про сельскую жизнь.
Мне было как-то странно говорить ""ты"" пожилому постороннему человеку, но приходилось. Трофим спрятал за спину руку с тряпкой, коротко мне поклонился.
— Так ранее я был здесь дворецким, а сейчас много приходится чего делать. Народу совсем мало осталось, все война, проклятущая.
Вот слежу за общим порядком в доме и дворе. За поля, уж простите, барышня, не отвечаю, никогда с этим не сталкивался. Я и вырос-то в доме. За покупками и расходами следит Игнатьевна, я только говорю ей, что надобно. Припасы тоже у нее. Вроде экономки она теперь.
В отличие от всей остальной прислуги речь у Трофима была правильной, без всяких местных словечек. Делаю вывод, что по вопросам прислуги буду обращаться к нему.
