Вроде я когда-то уже заходил в просторный подъезд, поднимался по мраморной, некогда белой, а сейчас серо-желтой лестнице. В центре Москвы, в районе Старого Арбата и Хамовников, сохранились исторические здания, они часто похожи, и лифты в них постоянно ломаются.
Мы поднялись на третий этаж, я позвонил, дверь открылась, на пороге появилась дама в шерстяном платье. Она ахнула:
– Саша! Женя! Вы откуда?
– Из детского сада, – ответили внуки.
– Добрый вечер, – произнес я.
– Ваня! – попятилась хозяйка. – А ты как здесь оказался?
Я начал всматриваться в старушку.
– Не узнаешь, – поняла та. – Ребята, идите в свою комнату.
– Руки не мыть? – осведомился Женя.
Бабушка села на пуфик, который стоял в холле.
– Это само собой разумеется. Вы не годовалые младенцы, чтобы я про элементарную гигиену вам напоминала. Взрослые уже.
– Супер! – заликовал Женя. – Мы выросли?
– Конечно, – подтвердила старушка.
– Значит, теперь ложимся спать не в девять, а когда захотим, – сделал вывод мальчик.
– Дети отправляются в кровать в ту секунду, когда начинается программа «Время», – отрезала хозяйка.
– Логика! Главное, логика, – заявила Саша. – Дядя Ваня хорошо объяснил нам ее важность. А ты, бабушка, говоришь сейчас неразумные фразы. Мы слишком малы, чтобы лечь спать, когда хотим, но большие, если речь идет о мытье рук, чистке зубов, уборке комнаты.
– Или человек маленький, или он взрослый, – подвел черту Женя, – иначе никак.
– Ошибаешься, – усмехнулся я, – есть порода недоросликов. Уже вырос, но не дорос. Это ваш случай.
– Мы взрослые! – топнула ногой Саша.
– Прекрасно, – согласился я, – тогда сделай мне чаю, и я съем с удовольствием омлет. С сыром и помидорами.
– Я не умею готовить, – сбавила тон девочка.
– Нет проблем, – улыбнулся я, – можно заказать еду в кафе. Поскольку я гость, платить придется тебе.
– У меня денег нет, – рассердилась Саша, – я маленькая, мне их не дают.
– Лечь спать, когда душа захочет, и не мыть руки – тут ты взрослая, а как зарабатывать – ты маленькая? – спросил я. – Уж определись со своим возрастом!
– Вы противный, – рассердилась девочка и убежала.
Женя понесся за сестрой.
– Спасибо, Ванечка, – поблагодарила старушка. – Матильда их избаловала…
Я вздрогнул. Матильда – не самое распространенное в России женское имя, а еще смутно знакомый подъезд и холл квартиры. Определенно я уже видел этот странный торшер с основанием в виде лошади, вставшей на дыбы. Вместо головы у нее абажур…"
"Старушка тем временем продолжала сетовать на внуков.
