Иван Опалин

 – Когда это было? Что именно ты видел?

Кирюха, чувствуя, что на него напирают, стал косить глазом в сторону дома, забормотал, что ему некогда и вообще, но под градом вопросов капитулировал и признался, что в усадьбу он залез не сразу, а несколько ночей блуждал поблизости, потому что не мог решиться. Ну, и пока он таким образом бродил, он видел, как некий человек проскользнул через сад и исчез в стене.

– Что значит исчез в стене? – наседал на Кирюху Опалин. – Как вообще можно исчезнуть в стене? Может, он стал красться вдоль стены, а ты просто не заметил и решил, что он вошел в стену?

– Он не крался, – решительно ответил Кирюха, – это он по саду крался.

Я говорю тебе: он вошел в стену!

– Этого не может быть, – сказал Опалин после паузы. – Давай еще раз. Ты говоришь, что прятался за кустами…

– Ну! Я прятался, смотрю – кто-то идет.

– У него был фонарь?

– Нет, он шел без фонаря.

– Луна светила?

– Не так чтобы очень…

– И что, в потемках он ни разу не споткнулся, не оступился?

– Нет! Это же Сергей Иваныч, он все тут знает как свои пять пальцев…

– А почему ты решил, что это он?

– Ну а кто же еще станет бродить ночью рядом с усадьбой и проходить сквозь стену? Только он и мог такое сделать.

Про себя Опалин придерживался того же мнения, но ему не хотелось, чтобы Кирюха это заметил. Иван стал расспрашивать батрака, в каком именно месте ночной гость сумел войти в стену. Выяснилось, что дух Сергея Ивановича просочился в усадьбу где-то между кухней и бывшим кабинетом спирита.

– Ерунда, – отмахнулся Опалин.

 – Первый этаж, в том крыле сплошные окна. Небось он в окно залез, так же, как и ты.

– Он не залез. Я бы услышал, как ставень стукнул, увидел бы, как он залезал. Сколько тебе говорить: он в стену вошел?

– Там кусты растут вдоль фасада, – буркнул Опалин, призвав на помощь зрительную память. – Что ты там мог увидеть, тем более ночью?

Но чем основательнее были его доводы, тем упорнее Кирюха стоял на своем, и Опалин понял, что переубеждать его бесполезно.

«Из всего этого следует только, что ночами возле усадьбы шлялся еще кто-то, помимо Кирюхи… Сквозь стену он проходил! Ну и ну…»

Вернувшись домой, он тщательно обследовал снаружи все крыло, в котором располагались кухня и бывший кабинет Сергея Ивановича.

Кусты были раскидисты, окна – достаточно высоко, но не так высоко, чтобы в них нельзя было забраться, а стена вообще не внушала никаких подозрений. Она была прочна, и проскользнуть внутрь нее мог разве что какой-нибудь паучок.