Иван Опалин

– А если бы Кирюха там что-нибудь страшное увидел? Если бы с ним что-нибудь произошло?

– Ой, да ну и ладно, – ответила Даша, поведя округлым плечом. – Избавилась бы я от него, и то хорошо.

Здесь опять была та самая бессердечная деревенская логика, которую Опалин хорошо помнил и которую он от души ненавидел. Стать в деревне обузой, не имея при этом никакой поддержки, почти всегда означает пропасть ни за грош. На Кирюху Даша смотрела именно как на обузу, и ее совершенно искренне не волновало, что с ним может случиться.

Чувствуя, что ничего больше от нее не добьется, Иван скрепя сердце попрощался и ушел.

Он заглянул к Пантелею. Кирюха следил во дворе за телятами, чтобы они не пожевали вывешенное на просушку белье. С деревенской точки зрения это считалось занятием, которое обычно поручают женщинам и детям, и Опалин увидел в нем новое унижение для батрака.

– Здорово, Кирюха, – сказал он.

– Эта… Ты зачем здесь? – спросил Кирюха, исподлобья глядя на него.

– Поговорить.

Кирюха вытер нос рукавом и недоверчиво уставился на собеседника.

Опалин подумал, что мало кто приходил до него просто поговорить со Снегиревым, и тот был растерян, потому что не знал, как себя вести."

"– Я люстру спортить не хотел, – сказал Кирюха. – Правда.

– Люстра пока висит, – отозвался Опалин. – Ты как на нее забрался вообще? Мне бы и в голову не пришло…

– Испугался я, – проворчал Кирюха. – Тебе-то хорошо, ты не боишься никого. Тебе, небось, и сапоги в городе за бесплатно дают. А у меня, знаешь, никого нет, кроме Дашки.

 – Он шумно завздыхал. – Дашки, правда, тоже нет. Скажи, в городе никакого такого средства не выдумали, чтоб тот, кого любишь, тоже тебя любил?

Опалин уже понял, что у Кирюхи какая-то своя, причудливая логика, и ограничился тем, что ответил, что такого средства не выдумает и весь Совнарком, даже если захочет.

– Ну-у, – протянул Кирюха, отгоняя телушку, которая пыталась жевать угол простыни. – А вот Сергей Иваныч умел! У него точно было. На то он и колдун.

– Слушай, его собственная жена бросила, – проворчал Опалин.

 – Какие еще средства…

– Может, он хотел, чтоб она его бросила. Почем тебе знать? Ты ж не знаешь ничего. Он жил – у-у! Как сыр в масле катался. К нему такие ездили… А ты что, арестовать его хочешь?

– Он же вроде как умер, – сказал Иван осторожно.

– В стену он вошел, – сказал Кирюха, снова отогнав телку. – Это я сам видел. Раз – и нет его. Но он не походил на мертвого.

– Кто вошел в стену? – спросил Опалин, насторожившись.