Иван Пырьев. Жизнь и фильмы народного режиссера

Наконец, совершенно необходимо, чтобы литературный сценарий принимался от автора в законченном виде, то есть со всеми теми доработками и исправлениями, которые необходимы. Совершенно недопустимо откладывать исполнение доработок на период написания режиссерского сценария. Режиссерский сценарий – это уже рабочий сценарий, в котором, помимо режиссера, принимают участие оператор фильма, художник и другие. И на них нельзя возлагать тех обязанностей, которые лежат на авторе литературной основы.

Придавая первостепенное значение выбору режиссером сценария, считаю очень важным для него проверить правильность своего выбора.

Лучшая форма такой проверки – чтение и обсуждение сценария на людях, на народе, особенно среди тех, кто близок к сценарному материалу и его персонажам.

Насколько важен и труден выбор сценария, показывают многочисленные примеры неудач целого ряда режиссеров. Даже такой выдающийся мастер, как В. И. Пудовкин, начав свой творческий путь в тесном сотрудничестве с талантливым кинодраматургом Натаном Зархи, создал шедевры советского киноискусства – «Мать» и «Конец Санкт-Петербурга».

Когда же Зархи не стало, Пудовкин не раз попадал в тяжелое положение из-за ошибок в выборе сценария. Он увлекся сценарием А. Ржешевского «Очень хорошо живется», обольщенный эмоциональной манерой чтения автора, его «туманными, многообещающими» образами. Фантазия талантливого режиссера рисовала их соблазнительное решение. Но реальной почвы для создания картины сценарий не содержал, он был пластически неосуществимым и нереальным. Несмотря на огромное мастерство Пудовкина, картина не получилась.

Ошибся Всеволод Илларионович и со сценарием А. Гранберга «Жуковский». Здесь также режиссер не сумел разобраться в качестве сценария…

Все это лишний раз подтверждает, что сценарий есть основа основ будущего фильма и создается он, как правило, в тесном содружестве, в творческом контакте двух единомышленников – автора и режиссера.

Говоря о втором ответственном моменте в творчестве режиссера, я имею в виду исключительную важность «творческого ключа», то есть определения того жанра, той своеобразной формы, того стиля, в которых должна быть осуществлена постановка фильма.

Режиссер не имеет права останавливаться на какой-либо раз и навсегда выбранной, освоенной и любезной его сердцу манере кинематографического решения, будто бы подходящей решению любой темы, любого сценария.