Из глубины

Снаружи комплекс сторожит «осьминог», внутри охрана не нужна, так как старогеям в голову не пришло, что мы можем пробраться в их технический узел.

– Неуютно без связи… Да и «Краб», по сути, беспомощен перед атакой нескольких «осьминогов».

– Не поняла вопроса, командир. Ты проверяешь меня на психологическую устойчивость?

– Он в тебя влюбился по уши.

– Это его проблемы, – сухо сказала девушка.

Денис перестал улыбаться. Он давно замечал странное одиночество Инги, никогда ни с кем не завязывающей интимных отношений.

Объяснение лежало на поверхности: она любила своего командира. Но выяснять отношения с ней Денис не хотел, он любил другую женщину.

– Попробуем протиснуться.

Нож со скрипом срезал гроздья чешуй, освобождая дыру в полу.

Луч фонаря упал в фиолетово-зелёную бездну.

– Кажется, под нами ещё одно помещение.

– В таком случае конус уходит в недра скального пласта.

Вербов направил скутер в дыру, пролез сам. Подождал спутницу.

Предположение оказалось верным. Помещение было точно таким же, что и над ним, разве что шире и выше.

И дно его было не ровным, как на верхних этажах, а представляло собой кратер с растущим из него «кактусом».

– Вот тебе и излучатель, – сказала Богушанская с удовлетворением.

Настроение испортилось. Стало казаться, что кто-то наблюдает за непрошеными гостями и держит палец (щупальце, манипулятор) над кнопкой включения квакера.

– Быстренько поищем ходы в стенах, если они есть, и рысью назад!

Ходы нашлись. Вербов после некоторых колебаний выбрал один из них, самый большой, и разведчики устремились в темноту ажурной толщи стен помещения, игравшего, вполне возможно, роль резонатора инфразвука.

Ход как минимум дважды обегал помещение, постепенно углубляясь в недра донных пород, нырнул вниз на десяток метров и вывел водолазов практически в копию зала, из которого они только что выбрались. Только этот зал был ещё больше, углубляясь в породы океанского дна не меньше чем на сто метров, и был застроен лесом ажурных прозрачно-янтарных колонн, испускающих нежное медовое свечение.

Колонны соединялись друг с другом красивыми мостиками фрактальных узоров. Вверху, то есть под потолком помещения, имевшего форму усечённого конуса, колонны светились ярче, внизу, у основания – тускнели, но всё же было видно, что пол зала представляет собой сплошные «заросли чертополоха».

Снова на ум пришла мысль, что все эти конструкции и «заросли» выращены с помощью биотехнологий, а не слеплены человеческими руками или манипуляторами роботов.