Из глубины

В свете прожектора «Краба» стал виден водолаз.

– Ваня, прими, – сказал Лобанов.

Комов исчез в хвостовом отсеке.

Вскоре послышались негромкие постукивания, жужжание створок шлюза, голоса людей, и в кабину батиплава буквально вполз океанолог экспедиции, вытирая потное лицо голубым полотенцем.

– Приветствую, товарищи. – Он пожал всем руки. – Я, честно говоря, не водолаз, еле добрался. В костюме очень жарко.

– Он не включил систему вентиляции, – пояснил появившийся следом моторист.

Лобанов посмотрел на него недовольно, и сконфуженный лейтенант уступил пассажирское сиденье эксперту.

– Садитесь, пожалуйста.

Шпачков сел, кинув взгляд на экраны обзора.

– У вас нашатырём пахнет.

– Приходится пользоваться, – пожал плечами Пинчук.

– Пассажир принят, – доложил Лобанов Брайдеру.

– Расскажите мне об «осьминогах», – попросил Шпачков. – Какие они, как движутся, как себя ведут.

– Сами увидите, – пообещал Лобанов, поднимая батиплав над лодкой. Идём к конусу. Парни, расскажите, что знаете.

Пересекли зал с давно успокоившимися подводными и надводными кораблями, достигли арки прохода в соседний зал.

– Смотрите в оба! – предупредил Лобанов.

– Я бы подождал лодку, – пробормотал Комов.

– Ваня, да ты никак «осьминога» испугался? – посмотрел на него Пинчук с жалостью. – Этого мешка с присосками?

– Не очень-то он похож на осьминога, щупалец у него всего пять. И вообще, он весь какой-то жилистый, будто из канатов сплетенный. И здоровый как… – Комов поискал слово, – как слон! Вон как разделался с «Мистиком»!

– Отставить трёп! Входим!

«Краб» миновал кольцевую арку прохода в зал с конусом.

Выключили прожектор.

Конус стоял на месте.

«Мистика» нигде не было видно.

– Что за чертовщина?! – разволновался бортинженер. – Они починили движок и смылись?

Лобанов с силой потёр лоб ладонью.

– Куда? В другой зал?

– Парни тёртые, могли попытаться выбраться из пещеры и сообщить своим. От них всего можно ожидать.

– Если только их снова не уволок «осьминог».

– Тоже реально.

– Прекрати зубоскалить. Пусть политики наверху дерутся, выясняя, кто главнее, простые парни должны людьми оставаться в любых условиях. Подводники тем более обязаны в экстремальных ситуациях помогать друг другу. Если мы не спасём коллег, то и нас никто не спасёт.

– Да я что, я не возражаю, – смутился Пинчук. – Давай поищем мужиков. Хотя я сомневаюсь, чтобы они стали бы заботиться о нас, попади мы в переделку.