Из моего прошлого, 1903–1919 гг.

Сольский встретил меня неподдельною радостью. Ему казалось только, что на нем лежит обязанность примирить с моим новым назначением значительно более опасного противника моего назначения нежели те, которых я ожидал встретить в лице более старых, нежели я, членов Департамента Экономии, а именно все того же Гр. Витте, но мне казалось, что у него была полная уверенность в том, что ему удастся урезонить последнего не противиться желанию Государя. Он сказал мне, что переговорит с Гр. Витте сегодня же, и будет меня держать в курсе всего дела.

Вечером того же дня; я был снова на совещании у Генерала Трепова по вопросу об амнистии, никакого участия в прениях ни принимал и только после совещания сказал Гр. Витте, что утром подал Государю прошение об отставке и получил Его согласие. Витте не сказал мне ни одного слова, и мы молча расстались.

На следующий день, в пятницу, 21-го числа, утром. Бар. Икскуль сказал мне по телефону, что после переговоров Гр. Сольского накануне с Гр. Витте, последний решил дослать Государю письмо, с просьбою отменить мое назначение, из уважения к заслуженным членам Государственного Совета, имеющим гораздо большие права, нежели я, на занятие должности Председателя Департамента Экономии, и обещал сообщить ему, Икскулю, ответ Государя тотчас после его получения.

Поздно вечером того же числа. Бар. Икскуль сказал мне по телефону, что Витте получил свое письмо обратно от Государя, с пометкою, что Государь не видит никакого повода изменять свое решение, что Витте в полном бешенстве и что ему Икскулю, приказано завтра же утром испросить разрешение Государя быть принятым по срочному и важному делу.

В субботу, 22-го октября, Икскуль получил от Государя по телеграфу уведомление, что он будет принят в понедельник утром и по возвращении своем тотчас же известит меня о результатах его доклада. И действительно, во втором часу дня он приехал ко мне прямо с пароходной пристани и сказал, что ему было приказано изложить все доводы против моего назначения, что он сделал это, повторяя больше чужие слова, что Государь слушал его без всякого раздражения, но сказал ему, вставая и подавая руку на прощанье: «передайте Графу Сольскому, что я серьезно обдумал мое решение раньше, нежели решил назначить Коковцова на вполне заслуженный им пост, и не понимаю, почему это назначение так не нравится Гр.

В тот же день Витте решил написать Государю особый всеподданнейший доклад, сделал это собственноручно, показав Гр.