Из моего прошлого, 1903–1919 гг.

Собирался Комитет по два раза в неделю, и каждый раз доклады Шипова и Тимашева (по Государственному Банку) носили все более и более мрачный характер. Доходы стали поступать чрезвычайно скудно, под влиянием все разраставшегося революционного и забастовочного движения; сберегательные кассы стали выдерживать систематическую осаду на их средства и каждый день стал давать небывалую до того картину – предъявления требований о выплате вкладов золотом.

Революционная пропаганда делала свое гибельное для государственного кредита и денежного обращения дело.

Еще так недавно казавшееся таким солидным и вынесшим с честью военные испытания, наше финансовое положение становилось все более и более шатким.

Государственный Банк вынужден был постоянно увеличивать выпуск кредитных билетов, и эмиссионное право незаметно дошло до своего предела. Министр Финансов, очевидно с ведома Председателя Совета, внес представление о приостановлении размена и проект Указа Сенату об этом, не сопровожденный его почти никакими соображениями, кроме констатирования простого факта – поступил на его рассмотрение в последних числах ноября.

Перед слушанием дела, Граф Сольский пригласил меня к себе однажды вечером и просил высказать откровенное мнение о том, что следует предпринять, чтобы предотвратить предложенную меру, которая казалась ему просто неприемлемою после того, что мы успели справиться с военною неудачею без приостановления размена и не ввели принудительного курса. Я ответил ему, что мое положение, в Финансовом Комитете чрезвычайно деликатное, потому что по опыту прошлого я знаю, что, чтобы я не сказал, я вызову только резкости со стороны Гр.

Витте, и всякое мое предложение будет им отвергнуто, как не сомневаюсь я и в том, что И. П. Шипов не решится ни в чем ему противоречить, да и положение самого Комитета таково, что он не может возражать Председателю Совета, у которого одного в руках все нити нашего внутреннего положения, а ключ к надвигающейся финансовой катастрофе находится исключительно в том, чтобы знать, способно ли Правительство справиться с революционным движением или нет.

Если Московское восстание будет подавлено, к чему есть как мне кажется, надежда, то удастся оправиться с движением и в других частях Империи. В таком случае, бессмысленно портить то, что удалось сохранить во время войны, и следует думать о том, как выиграть время, искать например, подкрепления нашего золотого запаса и не страшиться временного усиления кредитного обращения.